Hellfire. Мемуары пилота ударного вертолета "Апач" британской армии. - финал

[interest2012war]

Осада

В марте 2006 года элита 16-й воздушно-штурмовой бригады, взвод Следопытов в 25 бойцов, был переброшен в провинцию Гильменд. Их основной задачей было проложить путь для развертывающейся батальонной боевой группы 3-го парашютно-десантного батальона. В последний раз Парашютно-десантный полк был в тяжелых боях во время Фолклендской войны в 1982 - за два года, до того как я к ним присоединился - и они не ожидали серьезного сопротивления на этот раз. Их задачей было только обеспечить безопасность в ходе реконструкции...
Перемещаясь на тяжеловооруженных "Лэндроверах" WMIK с вездеходами "Пинцгауэр" для поддержки, Следопыты занялись патрулированием с глубоким проникновением по всей провинции. Они почти сразу же были атакованы талибами и вели практически непрерывные боевые действия весь свой тур. К тому времени, когда уни покинули провинцию, боевая батальонная группа 3-го парашютно-десантного потеряла 14 солдат, одного переводчика и еще 46 тяжело раненных.
В июне, американские войска покинули Муса-Кала, и Следопытам, которые уже были несколько дней в городе, было приказано сменить их. То, что должно было занять 6 дней, пока не подойдет замена из роты "А" 3-го десантного батальона, превратилось в шестинедельный кошмар.
Комплекс, который они делили с местной полицией, подвергался ежедневному нападению со стрелковым оружием, пулеметами, снайперами, РПГ, минометами и 82-мм безоткатными орудиями. Роте "А" было приказано удерживать Сангин, и 3-й десантный батальон уведомил Следопытов, что у него нет ресурсов для их смены.
Условия жизни были мрачными, с пылью, температурой около 50 градусов по Цельсию и уменьшающимся снабжением едой и водой. Даже правила открытия огня были против них. Им не разрешали стрелять, пока они физически не увидят направленное в них оружие. Хуже того, некоторые из афганской национальной армии и полиции, с которыми они работали, были либо под кайфом от дури, либо шпионили для талибов, американцы имели скверную привычку проводить операции, о которых они не оповещали союзников, а директивы, приходящие от больших шишек из Нортвуда, говорили что они расходуют слишком много боеприпасов.
Следопыты, должно быть, думали что мы летаем на резиновом тросе. Я сбился со счета, сколько раз я крушил Муса-Кала. Я уже знал все огневые точки на память, и я знал это место также хорошо, как Кроссмаглен. Бои были такими же свирепыми, как в Сангине и Навзад, но, к счастью для Следопытов, у них никогда не было так много серьезных ранений; повезло, потому что безопасно войти и выйти по воздуху было невозможно.
В один "Чинук", пытавшийся вытащить раненных парней попали четыре раза и экипажу пришлось вернуться за другой птичкой. Это было настолько опасно, что ребятам сказали экономить рационы, поскольку они не будут снабжаться по воздуху.
Наконец, после более чем месяца и потери веса в среднем по 6 с половиной килограмм у каждого, они были усилены кучей датчан на бронетехнике. Датчанам пришлось потратить 5 дней, что бы попасть в город из-за упорного сопротивления талибов. К сожалению, скандинавы принесли с собой новую проблему. Поскольку они не могли выбраться, они начали выживать Следопытов из зданий и помещений.
Огромную операцию по снабжению Сангина и усиления его обороноспособности организовал 3-й десантный батальон. Как только она была завершена, все усилия были направлены на то, что бы вытащить теперь уже истощенный взвод Следопытов и заменить их двумя взводами Королевского Ирландского полка.
Вчера эта миссия провалилась.
Мы потеряли 3 солдат. В Муса-Кала была высокая концентрация талибов и длинная Зеленая Зона, в которой они могли перемещаться, как им было угодно. Именно в Зеленой зоне талибы организовали засаду на бронированную разведмашину, убив авианаводчика и двух бойцов из лейб-гвардии Конного полка. Мы рвали задницу для поддержки осажденных войск. Нам с Джоном пришлось поменяться вертолетами, потому что тот в котором мы начинали, поломался.
После стрельбы "Хеллфайром", чуть более недели назад, нас отправили в авиабазу Кандагара на 3 дня, что бы разобраться со сломанным вертолетом. Техники авиабазы тяжко трудились вместе с нами. "Апачи" становились слегка потрепанными и техникам требовались мы, что бы проверять их утром, днем и ночью. Не обходилось и без риска.
У нас было четырехчасовое затишье поздней ночью и мы решили сходить за пиццей, вместо позднего ужина в круглосуточном американском пищевом комплексе. Мы стояли за пределами арктического трейлера с "Пиццей-Хат" на обочине - большом деревянном тротураре с трейлерами, поставленными вокруг в качестве магазинов.
Место было переполнено солдатами всех наций. Оружие передавали друг другу, что бы с ним сфотографироваться - это я и Армалайт - и все это выглядело немного сюрреалистично.
- Это как выбраться из джунглей во Вьетнаме и отправиться в Ханой на отдых и пополнение, - сказал Джейк, ожидая, пока нас обслужат. Как только он это сказал, я услышал что-то, что мне напомнило о моих днях, проведенных в качестве десантника на отдаленных блок-постах в Северной Ирландии. Это произошло очень быстро и изменение высоты тона заставило меня присесть, прежде чем бросится под трейлер "Пиццы-Хат".
Эй, чувак, это не... - Джейк был прерван в середине предложения, когда я закрыл голову, свернувшись в позу эмбриона.
Раздался огромный грохот, за которым скоро последовали еще два, всего в нескольких сотнях метрах.
Я дополз до края трейлера и когда я начал вставать, все остальные еще только ныряли в укрытия.
- Я думаю, парни, вы на неправильном пути, - засмеялся я - Вы должны были искать укрытие до того, как ударили ракеты.
Завыли сирены и все разбежались по щелям бомбоубежищ. Для меня это было в самом деле, слишком поздно. Я остался один, за исключением темной фигуры в 50 метрах от меня, сидевшей на скамейке и курившей сигарету.
- Отличный десантный перекат, дерьмошляпа, - крикнул он.
Когда я подошел ближе, я увидел, что это был мой приятель из бывших десантников, который теперь работал с парнями в черном.
Мы обсудили с ним все это дерьмо за 30 минут, пока сирены не завыли "отбой". Мы пропустили нашу пиццу, но мне повезло, что 3 китайские 107-мм ракеты меня миновали. Не так что бы сильно, но они промахнулись; они попали в пищеблок, в нескольких сотнях метров, убивая и раня запоздавших едоков.
По возвращении в Бастион, мы летали безостановочно каждый день и я чувствовал себя физически и эмоционально истощенным.
Полковник Уайлд зашел к нам в гости и был шокирован тем, как я выгляжу. Я летал для него, когда он был майором, отвечающим за эскадрилью специального назначения AAC. Мы хорошо знали друг друга и он никак не мог смириться с тем, каким измученным и старым я выглядел.
Он сделал прямой вывод из того факта, что мы убивали - в соответствии с ROE - не моргнув и глазом, и рассматривали смерть и разрушение как часть повседневной жизни. Что его больше всего потрясло, так это уровень стресса, который мы испытывали, от ROE и стрельбы слишком близко к нашим собственным войскам, что бы быть подстреленными и сбитыми. "Вы все время играете в бога" - сказал он - очень резкое замечание от убежденного воцерквленного христианина.
Этот скачок к ударной авиации застал многих руководителей врасплох. Я не знаю, что, как они думали, должен делать "Апач", но рассказ Билли о его введении в курс "Апача" в США должен был быть передан армейским высоким чинам: "Если кто-то здесь думает, что они не могут посмотреть человеку в глаза и хладнокровно его убить, им лучше встать и уйти. Этот курс для пилотов ударной авиации".
Уайлд прибыл, что бы выяснить, какие факторы вызывают все больше и больше аварий вертолетов поля боя каждый год. Он отправился домой с новой задачей: доложить AAC, объединенному вертолетному отряду и Минобороны о том, какие двигательные, изменчивые, яростные и выматывающие были нагрузки пилотов "Апачей" в Гильменде.
Не стоило думать о бессонных ночах, или о разбитых блокпосте за блокпостом, или об удушающей жаре в палатках. Я не никогда не был тем, кто считает дни; это только сделало бы тур более длинным. Я погружался в бумажную работу и был занят ей, пока не подворачивалось что-то более интересное, например старая добрая вечеринка.

Среда, 2 августа 2006 года.

Мы устроили церемонию, что бы забить права собственности на взлетные полосы. Мы окрестили их Полосы Шинди, в честь символа нашей эскадрильи на наших летных эмблемах, крылатого львоподобного создания, которое часто охраняет вход в святых местах Юго-Восточной Азии. В местной мифологии, Шинди почти всегда путешествуют парами и служат для защиты пагоды или храма.
После карри, тонких индийских чечевичных лепешк и безалкогольных напитков самый молодой боец в эскадрилье, Эмили Леггет, открыла знак. Все парни пели тему из "Стриптизерши", когда она сняла покрывало с мемориальной доски, борясь с приступом хихиканья.
Полковник Тутал, почетный гость, подарил нам ракету "Флетчетт", закрепленную на доске. Ракета дала осечку в одной из пусковых, так что парни отдали ее специалисту по обезвреживанию боеприпасов, что бы тот извлек взрывчатку, и вытащил дротики в качестве трофеев. Тутал сказал нам несколько слов.
Он сказал, что был откровенным критиком, когда МинОбороны впервые приобрел "Апачи" и те, кто его знал, могут подтвердить, что он думал, будто это пустая трата денег. Мы должны были купить что-нибудь подешевле и мы должны были купить намного больше. "Апач" был слишком узкоспециализированным и не имел достаточно гибкости для современной войны. Он понятия не имел, как он может его использовать на этом театре действий и был полностью на стороне приобретения вместо них "Блэкхоков".
Теперь он полностью поменял свою точку зрения и доводил ее до каждых из посетивших его военных и парламентских сановников. Он описывал "Апачи" и их экипажи, которые обеспечивают и летают на них, как ценные активы, без которых он не мог бы обойтись. Они много раз спасали жизни его людей. Его люди всегда чувствовали себя уверенно, когда над ними были "Апачи". Он также поздравил нас с нашим объединением; фактически, мы были настоящим воздушно-штурмовым соединением - и вместе работали безупречно.
Его слова можно было бы принять за попытку подсластить весь этот кошмар, но он был слишком искренним, что бы играть в игры. Мы вернемся в Муса-Кала через 3 дня и на этот раз, талибы нас не остановят. Мы сфотографировали нашу эскадрилью, пилотов и техников, а затем затеяли игру в пляжный волейбол. Команда "Апачей" бросила вызов своим коллегам на "Чинуках".

Пятница, 4 августа 2006 года

День начался с плохих новостей.
Наш разведофицер прервал доклад для работы со спецназом. Источник сообщил, что талибы готовятся сбить вертолет из зенитного орудия в Муса-Кала.
Афганская полиция в Муса-Кала вышли на патрулирование в Зеленую зону и вернулись невредимыми. Они должны были быть обстреляны в 100 метрах от ворот. Это как-то не складывалось; в глазах талибов они были предателями.
Следопыты доложили о радиоперехватах, дающих предположить, что талибы были усилены в два раза от их первоначального числа и новички принесли с собой еще сорок 107-мм ракет.
Дело было ясное, их предупредили. Талибы теперь знали, что Муса-Кала был закрыт для вертолетов и люди были в таком отчаянии, что начали пить козье молоко. Они знали, что им должны были подбросить запасов в какой-то момент и это должно было быть уже скоро. Они знали, что машины были легкой мишенью в Муса-Кала из-за их ограниченных возможностей в движении и они с успехом действовали против нас 3 дня назад. Они готовились к обороне Муса-Кала.
Боевой дух талибов был очень высок.

Суббота 5 августа 2006 года

07.30 местного времени
Сразу после завтрака все экипаж были вызваны в палатку для инструктажей.
Боевые приказы были простыми и ясными, и давали каждому понимание, в чем заключается часть задачи остальных. Палатка была набита битком. Однако, какой бы большой она не была, в ней все равно не хватало места для всех участников, поэтому явились только старшие; что для нас в этот раз, означало экипажи, назначенные на задачу и те, кто их, вероятно, будут их поддерживать.
Рядом с обычной доской для инструктажа, на которой были вывешены спутниковые фотографии и и важнейшая схема маневрирования - индивидуальная часть задачи в каждый момент времени, была установлена кафедра.
Мы зашли и сели сзади, вместе с ребятами с "Чинуков". Перед нами сидели командиры минометного и патрульного взводов, несколько командиров рот, их взводные командиры, взводные сержанты - на самом деле, все, кто имел какую-то власть и мог повлиять на то, что должно было произойти в этот день. В воздухе стоял гул. Все знали, что это наш последний шанс прорваться в окружной центр Муса-Кала. Если это не сработает, у нас не было других вариантов.
- Да, мы собираемся попытаться подкрепить Муса-Кала.
Подполковник Тутал кивнул морю ожидающих лиц.
- Кодовое название операции "Змеиный укус". Мы пытались прорваться туда раньше и потерпели неудачу. Мы должны сделать это любой ценой.
Он описал противника. По его словам, было две отдельные группы талибов, в каждой из которых было по 40 - 50 человек, действующих по обе стороны от вади на подходе к городу. Многие из них были арабскими фундаменталистами, проникшими через Пакистан. С этими хорошо обученными бойцами, были несчетные количества местных повстанцев. Мы могли ожидать тяжелого боя.
Каждый будет играть свою роль. Мы должны были провести конвой, что бы доставить в окружной центр тридцатидневный запас боеприпасов, топлива и продовольствия; достаточно, что бы выдержать любой натиск, организованный талибами. Мы вытаскиваем Следопытов и заменяем их двумя взводами ирландцев. Они будут поддержаны афганской национальной армией и полицией, которые собираются сформировать Афганские национальные силы безопасности.
Датчане должны были оставаться на месте. Они будут отвечать за обеспечение безопасности посадочной зоны и предоставят дополнительную огневую мощь.
Тутал сел. Оперативный офицер 3-го десантного поднялся и встал у карт.
- Это приказы по операции "Змеиный укус". Это задача по проводке конвоя со снабжением в Муса-Кала и обратно, в воскресенье, 6 августа. То есть, завтра.
Он указал на карту.
- Это город Муса-Кала...
На его западном конце было огромное вади, идущее с севера на юг. Нам нужно пересечь его, что бы попасть в город. Вади было широким и открытым, и мы были очень уязвимы, пересекая его.
С западного края вади шла с юга на север 200 метровая Зеленая зона, где талибы свободно перемещались, воевали и прятались. Нам нужно было пройти через нее, что бы добраться до вади.
К западу от зеленой зоны, была городская зона, шириной около ста метров, где нас ждали талибы. Нам нужно было зачистить ее, прежде чем попасть в зеленую зону.
К западу от городской территории, был длинный, обращенный вперед склон до плато. У талибов тут было прекрасное поле для обстрела из городских районов и нам нужно было продвигаться вниз.
Наверху плато была пустыня, за исключением одного вади, тянущаяся на запад, пока хватало глаз. Этот район был серьезно заминирован во время советского вторжения. Мы потеряли машину, когда она подорвалась на мине на этом участке пустыни, только четыре дня назад, во время первой попытки прорваться в Муса-Кала.
- Здесь мы начнем операцию, - сказал он.
Можно было бы услышать, как упала иголка.
- Сегодня, патрульный и минометный взводы, с авианаводчиком с позывными Вдова Семь Ноль, выдвинутся и будут ночевать в середине этой пустыни к западу от Муса-Кала в рамках подготовки к следующему дню. В то же время Индийская батарея с тремя 105-мм пушками, а также конвой с припасами тоже выдвинутся в пустыню и займут там свои позиции.
- На рассвете, в воскресенье, шестого, завтра утром, конвой покинет орудийную позицию и начнет двигаться в безопасный район на северо-западе в пустыне, готовясь к броску вперед, что бы пройти через безопасный проход.
- Патрульный взвод и минометы двинутся вперед, через уже известное минное поле, что бы найти, подготовить и защитить посадочную зону. Она будет как можно ближе к плато и способна принять все "Чинуки".
- Поддержка будет осуществляться на трех уровнях. У нас будет поддержка с закрытых позиций орудий и минометов. У нас будет поддержка авиации переднего края от девяти бортов, что обеспечит нам непрерывное прикрытие реактивной авиации. Наконец, у нас будет непосредственная поддержка от британских "Апачей". Будет постоянное присутствие "Апачей" над головой с начала наступления, и они будут находится под управлением Вдовы Семь Ноль.
В час "П" - время, когда приземлиться первый "Чинук" - 4 "Чинука", с ротой "В" 3-го десантного и штабом командира 3-го десантного батальона на борту, приземлятся на посадочной зоне, прикрываемой Патрульным взводом.
- При посадке, орудия и минометы будут наведены и пристреляны, что бы убедиться, что они точны и готовы оказать поддержку, - продолжил он. - Это вызовет небольшой переполох, но нам не требуется элемент неожиданности. Мы не собираемся прятаться от врага, или делать вид, что у нас нет артиллерии. Мы дадим им знать, что она у нас есть, и что мы пройдем, хотят они сражаться или нет.
Орудия и минометы в пределах досягаемости были демонстрацией силы.
- После посадки рота "В" высадится из "Чинуков" и они пойдут по земле.
"Чинуки" удирали обратно в Кэмп Бастион и брали на борт роту "D", ожидавшую в Бастионе, пока их не вызовут на передовую.
- Когда все будут на земле, конвой скрыт, что бы талибы не знали, где он находится, орудия и минометы наведены, "Апачи" над нами, авиация над ними, рота "В" и "D" готовы к выдвижению.
Он указал на карту указкой.
- Обе боевые роты двинутся к краю переднего склона, готовые вступить в контакт.
Была трасса, ведущая от хребта, на краю пустыни, на восток, вниз по склону, через городскую застройку и через Зеленую зону к вади.
- Все к северу от трассы находится в зоне ответственности роты "В", все к югу за ротой "D".
Рота "D" сможет использовать свою подготовку для боя в городских условиях, поскольку рота "В" будет развивать атаку вниз по склону на 500 метровой линии, ориентированной с севера на юг. Трасса будет их южной границей.
Если они вступят в контакт, рота "D" будет обстреливать все цели в городской черте, прикрывая роту "В". Вдова вызовет "Апачей", что бы ударить по врагу быстро и сильно, отслеживая любых уцелевших. Они будут наводить артиллерию, что бы подавить их, а затем разбить их АПК.
- Рота "В" будет планомерно зачищать или штурмовать каждую усадьбу с запада на восток до 100 метров от края Зеленой зоны, а затем на юг до трассы, захватывая или убивая любого талиба, который захочет драться. Они будут ссылаться на этот список номеров зданий.
У всех нас был спутниковый снимок, показывающий очертания каждой усадьбы в 300 метрах к северу и югу от того места, где трасса проходила через городскую застройку и в Зеленой зоне. Каждая усадьба имела определенный номер.
- Номера сократят время, необходимое для вызова огня "Апачей" и сведут на нет любые ошибки, вызванные неверными координатами.
Это было далеко от роли сопровождения, которую мы играли во время операции "Мутай".
Как только все усадьбы будут зачищены, рота "D" сделает то же самое на южной половине. По мере зачистки этих районов, небольшие отряды останутся позади, прикрывая сектора, для обеспечения безопасности и целостности маршрута конвоя.
Роты "В" и "D" затем переместятся на 200 метров через Зеленую зону с запада на восток, планомерно зачищая 300 метров от трассы, сражаясь с любыми талибами, которые встанут на их пути. Они будут идти шаг за шагом, медленно продвигаясь, что бы убедиться, что никто не просочится через их линию, пока они не достигнут вади.
- В этом районе, - сказал оперативный офицер, указывая на вади и зеленую зону, окружающую перекресток - мы будем ссылаться на отметки с одноразовой карты операции "Змеиный укус".
В качестве одноразовой карты для этой операции, была сделана карта местности с пронумерованными цветными отметками, для быстрой идентификации с целью ускорения передачи команд управления огнем со стороны Вдовы.
Они тянулись вдоль вади, в основном по левую руку от него, покрывая север и юг.
- Во время движения к вади, саперы будут расчищать путь, что бы убедиться, что нет мин или СВУ, ожидающих конвой.
С зачищенным районом и перекрывающимися секторами вплоть до плато, ни один талиб не мог добраться до конвоя с РПГ или СВУ. Талибы закопали тройную мину на дороге неделю назад и удаленно взорвали ее под гусеничным БТР "Спартанец". Затем они из РПГ подбили гусеничный БРМ "Скимитар", оказавшийся впереди. Сидевшим внутри пришлось выдержать мощную перестрелку, что бы остаться в живых и отойти, спасая своего тяжело раненого товарища. СВУ убило троих из них и оставило две сгоревших машины.
Как только роты "В" и "D" закрепятся на другой стороне вади, Следопыты и датчане выйдут из окружного центра в пешем строю и на своих машинах. Они будут патрулировать на 350 метров на запад вдоль Базарной дороги к окраине города, где она пересекает вади. Они развернутся и займут оборонительные позиции. Итак, у нас будут прикрыты обе стороны Вади. Если кто-то попытается атаковать конвой, у нас будут войска, готовые к атаке, с обеих сторон.
Конвою в пустыне прикажут выдвигаться, если они еще не продвинулись вперед. Они проберутся к плато, пройдут по маршруту, расчищенному саперами через городскую территорию, через зеленую зону.
Финальный бросок будет включать себя форсирование вади, самую опасную часть их миссии. Трасса через вади резко заворачивает влево под сорок пять градусов, когда она выходила из Зеленой зоны и прорезал вади под этим углом на 700 метров, прежде чем резко свернуть вправо на сорок пять градусов, выходя прямо на Базарную дорогу, ведущую в Муса-Кала.
Эти углы означали, что они по прежнему уязвимы с севера и юга, по обе стороны от вади, но они были под наилучшей защитой, которую мог обеспечить 3-й десантный батальон.
- Как только они будут в безопасности в окружном центре, они разгрузят на склады тридцатидневные запасы, разместят людей и начнут движение обратно из Муса-Кала, тем же путем, как и пришли. Патрульный взвод сядет на эти машины, оставив позади датчан, Королевских ирландцев и недавно сформированные АНСБ.
- Затем они проделают рывок обратно через грязь вади, шириной 700 метров, под прикрытием датчан на востоке, роты "В" и "D" на западе, пока они не достигнут зеленой зоны.
- Оттуда они будут отступать, пока не окажутся в безопасности внутри пустыни; заминированной пустыни.
Рота "В" и рота "D" затем отступят через зеленую зону в городскую черту. Рота "D" вернется, что бы обеспечить прикрытие с высот роты "В", прикрывающей их, пока они сами не переместятся.
- Чинуки будут вызваны на передовую, и все вернутся в Кэмп Бастион, с эскортом "Апачей" для "Чинуков". Дело сделано. Таков план и вы все знаете свою часть. Есть вопросы?
Все "что, если", вопросы и ответы были уже выработаны. Мы знали, что мы будем непосредственной поддержкой, 3-е звено идет первым, и мы меняем их на точке. Мы также знали об имеющихся для нас угрозах: зенитные орудия, РПГ, стрелковое оружие, ЗРК, снайперы и даже минометы. Назовите любое; у талибов имелись все. На этот раз нашими козырями была артиллерия, что бы заставить врага прижать голову, и относительно небольшая территория для работы, всего в пару сотен метров ширины.
Осталось только выполнить генеральную репетицию принципиальной схемы. Палатка опустела, и мы прошли в сторону охраняемой зоны, где 3-й десантный батальон сделал масштабную модель всей операции 50 на 50 метров. На земле была уложена минная лента - двухдюймовая пластиковая белая или оранжевая лента, используемая для оцепления заминированного участка, мешки с песком, камни, куски картона и пустые банки из-под "Кока-колы".
Бастион и посадочная зона были обозначены банками из-под "Кока-колы", белая лента тянулась через склон - и они сделали склон тоже - через городской район с усадьбами из картона. Она тянулась через Зеленую зону из мешка с песком, к обозначенному оранжевой лентой вади, в каменистый Муса-Кала и заканчивалась на банке из-под "Кока-колы" окружного центра. Также была отмечена точка стоянки конвоя.
- Хорошо, Патрульный взод и минометы скоро уйдут с Вдовой Семь Ноль... так что командиры идут сюда, а Вдова Семь Ноль будет с ними...
Трое парней, играющих свои роли, двинулись и встали вместе.
- И тогда командир батареи и ведущий конвоя будут на позиции всю ночь.
Комбат и другой парень, которого я никогда до сих пор не встречал, сели.
В какое бы время это ни было, "П" минус час - я не знаю, сколько им времени потребуется на перемещение - конвой затем покидает орудийную позицию.
Парень из конвоя двинулся на северо-запад.
- В то же время, Патрульный взвод и минометы с Вдовой семь ноль, собираются двигаться вперед, что бы прикрыть посадочную зону.
Они двинулись вперед, по песчаной карте к месту предполагаемой посадочной зоны.
Оперативный офицер 3-го десантного батальона спросил:
- Так, что следующее мы услышим?
Командир Патрульного взвода поднял руку.
- Посадочная зона безопасна.
- Правильно, посадочная зона безопасна - это означает, что мы можем двигаться вперед. В этот момент, мы собираемся выслать "Чинуки с ротой "В" и авианаводчиком командира батальона. С ними будет первая волна "Апачей".
Четыре парня с "Чинуков", 4 пассажира, Пат и Крис двинулись к посадочной зоне, комбат сказал:
- В этот момент мы будем пристреливаться - мы будем стрелять в этот район, что бы быть уверенными, что наши орудия готовы.
Командир минометного взвода сказал:
- И в этот момент я буду стрелять тоже.
Экипажи могли видеть, где будет граница орудийного огня, где будет граница минометного огня, как они собираются войти, как они собираются выйти и где траектория орудийного огня по цели, от которой им нужно держаться по дальше. 4 пилота "Чинуков" отправились назад, к банке "Кока-колы" Бастиона, где мы все стояли.
Командир батальона, его заместитель и оперативный офицер сыпали постоянным потоком вопросов.
- Что произойдет, если из этого здания сейчас начнут обстрел? - спросил командир.
- Я бы связался с вами и ротой "D", сэр. Рота "D" открыла бы огонь и ваш авианаводчик направил бы 2 "Апача" на него.
Вся репетиция была проделана на скорости, но относительно временных рамок, так что все знали, где были все остальные, что они будут делать или говорить в любой момент по ходу дела. Мы вышли и заменили Пэта и Криса и все продолжалось, пока все задействованные в операции не стояли у банки "Колы" в Бастионе.
Репетиция закончилась, множество вопросов получили ответы.
Позже, мы снова обсуждали инструктаж в нашей эскадрилье. Мы иронизировали, как мы будем делать замену на точке в любой момент, потому что мы даже в тот день не знали, как медленно или быстро будет проходить каждая фаза операции.
Еще одна мысль ворочалась у меня в голове.
Я знал, что должен это озвучить.
Мне снова пришлось обсудить нашу оперативную эффективность с боссом. Она деградировала до такой степени, что мы редко поражали цель с первой очереди. Основной причиной стала разбалансировка пушки.
- Мы менялись на точке с Дэном, когда последний раз пытались прорваться в Муса-Кала - сказал я.
- Дэн сделал 250 выстрелов по талибам и мы до сих пор не знаем, есть ли попадания.
Майор Блэк попытался отшутиться.
- Возможно, его стрельба была не очень хороша.
Я сделал глубокий вдох.
- Его стрельба была хорошей. Фактически, это было блестяще. Он бы попал с первого раза, если бы пушка нормально работала. У Пэта была та же проблема в операции "Мутай". Он даже не мог стрелять с увеличением масштаба, потому что снаряды летели за пределами его поля зрения.
Босс этого не знал, так как он выпустил только 40 снарядов и "Хеллфайр", но нынешняя политика между экипажами заключалась в том, что бы выполнять пристрелочную стрельбу в пустыне, на пути к схватке. Если бы они не попали, они могли выяснить, в каком направлении пушка промахнулась и соответственно, внести поправки при прицеливании. Это было до смешного дорого по времени и боеприпасам, опасно до степени "синие по синим" и серьезным снижением боевой эффективности.
- Если пушка промахнется в первый раз, талибы получат четкое предупреждение и экипажи в конечном итоге, будут гоняться за собственным хвостом, не зная куда целиться, что бы убить. И многие талибы живут только затем, что бы сражаться на следующий день.
У него ничего такого не было. Он заявил, что у него недостаточно летных часов, что бы позволить нам провести выверку прицельной линии пушек.
Я попытался сдержать красный туман.
- "Апач" это ударный вертолет, сэр. Его основная роль заключается в стрельбе по цели. Если оружие не точное, мы не можем сделать нашу работу. Если мы выстрелим по цели, и она умрет, мы добились успеха. Таким образом, мы либо тратим время на цель, или мы можем использовать это время с пользой, предварительно сделав выверку прицельной линии вооружения. Летные часы будут одинаковы, но показатель успехов будет выше.
- Я сказал нет, мистер Мэйси.
Мне опять захотелось побиться головой о стену. Наша сестринская эскадрилья, 664-я, только что приземлилась в Кандагаре и вскоре, после этой операции, должна была заменить нас. Что они подумают, когда увидят наши записи с фотопулеметов? Как офицер эскадрильи по вооружениям, я чувствовал себя глубоко сконфуженным, что мы не выполнили важную процедурную задачу.
- Я проинформирую следующего командира эскадрильи, о том, что по-моему, мы не смогли сделать, сэр.
Майор Блэк обратил на меня пристальный взор. Его челюсти сжались, он повернулся на каблуках и ушел.

Операция "Змеиный укус"

Кэмп Бастион
02.13 местного времени
Светящаяся неоновая полоса, висевшая над нашими раскладушками, пробудилась к жизни. Я прикрыл глаза и внимательно посмотрел на правое запястье.
- Пора вставать, уроды! - сказал Джон
- Задрот, - выкрикнул кто-то.
Я помахал ногами над краем кровати и снял свой тонкий, но все еще липкий, вкладыш от спального мешка. Джон поднял дверной полог палатки и исчез, в то время время как Пэт, Крис, Тони, Карл, Джейк, Билли и я медленно пришли в себя. Почесывание задниц, потягивания и хор зевков сделали бы честь стае гиббонов.
Я прибыл в оперативную палатку около 2.30 утра. Мы бы начали раньше, но Патрульному взводу было нужно больше времени, что бы пройти через минное поле на хребте и убедиться, что посадочная зона зачищена, прежде чем взять ее под охрану и пометить. Покемарить часок тут и покемарить часок там не способствовало безопасности полета, но у нас не было особого выбора, чем еще занять это время.
Все выглядело хорошо. 3-е звено должно было быть готово к вылету в 04.40. Час "П" сместился на 05.00 и скорее всего, сдвинется еще, но они все равно поднимутся в воздух. Мы завершили заключительный инструктаж в 03.00 с крепким черным кофе и пошли к вертолетам через полчаса. Я знал, что сегодня будет долгая операция, даже если проклятые талибы не появятся. И я уже был вымотан.
Мы должны были выполнить замену на точке звена Пата, но стояли на вспомогательной силовой установке, вместо того, что бы получить дополнительные два с половиной часа отдыха. Мы проделали большой путь с операции "Мутай". 3-е звено был назначен первыми на запланированную задачу, с позывными Дикарь Пять Два и Дикарь Пять Три, и необходимо было сделать все, что бы они взлетели. Если у нас были вертолеты, запущенные одновременно с ними, то в случае отказа на старте, они могли бы перебросить свое барахло в один из наших и оставить нас разбираться с техниками.
Джейк командовал 2-м звеном в качестве наводчика-оператора на Дикарь Пять Четыре и летел с Джоном, я командовал Дикарем Пять Пять на переднем кресле и летел с Билли. Саймон вернулся на КАБ, для инструктажа нового командира эскадрильи и его заместителя.
3-е звено были в отсеках 3 и 4, Джон и Джейк были в 5-м и мы в 6-м. В эти дни техники выглядели как зомби, но у нас все еще было шесть вертолетов, выставленных в ряд и готовых к работе. Ребята были веселыми, как всегда, когда они стояли возле наших четырех "Апачей", но они тоже не выглядели как с глянцевой картинки. Весь отряд испытывал стресс. Даже Билли выглядел немного помятым.
Билли включил зажигание у нашего вертолета. Мы проверили вооружение, прицелы, датчики, систему самозащиты, видео; проверили что картридж передачи данных правильно загрузил боевую задачу, что связь работает в нужном порядке и что усовершенствованный модем данных сконфигурировал канал обмена цифровыми данными с патрулем Пэта.
Наш "Апач" пробудился в добром настроении духа, но у Джейка снова были проблемы со связью. Я проверил связь с патрулем Пэта, что бы убедиться, что все работает. Они были на связи. Я держал дверь открытой. Обычно, мы закрывали кабину, что бы использовать кондиционер, но сильный ветер с востока делал необычно прохладным утро на взлетной полосе.
3-е звено поднялось вовремя, в то время как Джейк и Джон разбирались со своим радио. Мы сидели на силовых установках. Мы не могли сейчас заглушить системы. Если что-то случится на пути к точке высадки или у них возникли бы проблемы, мы должны были добраться туда как можно быстрее.
Мы вырулили на 5 минут раньше. Мы встали справа; Джон и Джейк впереди слева. Мы начали двигаться раньше. Ровно через 2 часа 30 минут, после взлета 3-го звена, наши колеса оторвались от металла рулежной дорожки. Мы вылетели на юг в этот раз из-за ветра.
- Саксон Оперативный. Это Дикарь Пять Четыре и Пять Пять... в воздухе... - сообщил я. - Ноль семь один ноль. Конец связи.
Мы свернули влево и поднялись до 5500 футов. Джон и Джейк поднялись до 6000 футов. Не то, что бы это было необходимо, но лучше было это сделать. Полет до Муса-Кала был не очень долгим, но мы знали, что наши системы работают, так что мы могли расслабиться на мгновение или два. На наших чрезвычайных вылетах мы проверяли все системы по дороге, так все выглядело более-менее в порядке.
Летя на северо-восток через пустыню, нам нужно было установить траекторию стрельбы орудий. Мы знали, что наши орудия были к юго-западу от города. Если они действовали, мы бы не хотели лететь мимо них. Мы не хотели прерывать их огонь или закончить свой полет с фугасом в заднице.
На моем дисплее была отметка орудийной позиции, помеченная на странице дисплея тактической ситуации, и линия от орудий, до точки, где маршрут конвоя проходил через Зону. Примерно там должны были стрелять пушки. Я переключил радар с воздуха в режим наведения по наземным целям.
Радар немедленно опознал орудия, так что я переключился на TADS. Они были именно там, где сказали.
Теперь нам нужно было найти 3-е звено. Мы не хотели идти к северу от орудий, что бы узнать, что они к югу от линии наведения орудий. Это означало бы возврат на запад, поворот на юг, вокруг пушек и обратно на восток, что бы выполнить замену на точке.
- Дикарь Пять Два, это Дикарь Пять Четыре, на подходе через 5 минут, доложите обстановку.
- Дикарь Пять Два. На линии орудийного огня активность. Орудия пристреляны. Координаты на Сорок-Один-Сьерра, Папа-Ромео, Шесть-Четыре-Шесть-Ноль, Восемь-Один-Два-Девять, и она активна.
Джейк отрепетовал координаты для подтверждения.
- Ждите - сказал Пэт - Подходите к северу от линии орудийного огня. Люди бегут на север. Займи мою позицию и продолжай наблюдение.
Пэт и Тони были к северу от линии наведения пушек.
Так как мы развернулись на северо-восток от линии орудийного огня, "Апач" Криса и Карлоса действовал на той же высоте, и надеюсь, в том же районе. Радар "Лонгбоу" засек их и подтвердил их местоположение в 5 милях от нас. Мы поднялись до 6500 футов. Если они были в бою, мы не хотели быть ниже них. Видимость все еще была туманной, но система поиска и захвата цели была в деле.
Еще не было никаких боевых действий, иначе бы они дали нам цель. Парни были на земле и посадочная зона была активна. Вторая волна только что приземлилась и новая посадочная зона была в миле к северо-западу от бутылочного горла, где трасса входила в Зеленую зону. Мы беспокоились о том, что талибы переместятся в этот район, и искали признаки комбатантов на людях входящих и выходящих из него.
- Дикарь Пять Пять, это Дикарь Пять Четыре - вызвал Джейк - Пять Четыре сконцентрируется на районе в непосредственной близости от войск. Вы можете проверить движение на севере и сообщить мне, как только узнаете позицию конвоя и что он все еще в безопасности?
- Дикарь Пять Пять, принято.
Джейк всегда думал о картине в целом и никогда не увязал в деталях, которые его не касались.
Джон взял круче к линии орудийного огня. Мы неуклонно продвигались на север, подальше от них. Билли включил радар, что бы засечь конвой. Я настроил свои показания для радара управления огнем, готовый к моменту, когда он их найдет. Они должны были быть на северо-западе, так что мы должны были поймать их в какой-то точке.
- Наводчик - цель - радар управления огнем - гусеничные и колесные машины - неподвижно - дистанция 5 точка 9 кликов, - сообщил Билли. Сделать было быстрее, чем сказать.
Я привязал наведение и прежде чем Билли закончил читать то, что обнаружил радар управления огнем, я уже смотрел на группу бронетраспортеров LAV, "Скимитаров" и грузовиков. Они сформировали большой вагенбург для круговой обороны, в точности, как фургоны в фильмах о Диком Западе, которые я смотрел по субботам с дедушкой.
Они находились на западной стороне идущего на юг отрога, между двумя огромными соседствующими вади, которые здесь соединялись в "Y". Это было отличное место, что бы спрятаться и давало им доступ к основной системе вади, ведущей вниз, к 3-му десантному батальону и бутылочному горлу между городской зоной и Зеленой зоной, в 3 километрах на юго-восток. Я сместил лазер, что бы избежать любых повреждений глаз и подсветил лазером их позицию.
Наверху вспыхнули координаты 41S PR 6331 8226.
Я отправил их Джейку по модему, передав ему детали о состоянии конвоя.
Мы тщательно осмотрели основное вади, ведущее на север от Муса-Кала, что бы убедиться, что никто не направляется на запад, для его перехвата. Несколько групп женщин и детей направлялись на север вверх по вади, но мужчин не было. Они были в 2,5 километрах к северу от узкого места, наготове. Все признаки боевой активности, которые я выучил в Северной Ирландии, говорили мне, что что-то происходит и местные жители это знали.
Я засек первых трех наших мужчин - двух в темных балахонах и одного в белом - направляющихся на юг. Казалось, они игнорируют всех, кто спешит убежать на ослах или пешком, сжимая свои сумки и имущество. Они казалось, не носили оружия и я не видел никаких выпуклостей на их длинных рубахах.
С нами связался Сакосн. У босса были разведданные, что на севере были талибы.
- Дикарь Пять Четыре, это Саксон Оперативный. У нас есть координаты от разведки. Координаты: Сорок-Один-Сьерра, Папа-Ромео, Шесть-Три-Восемь-Семь, Восемь-Тройная-Тройка. Репетуйте.
Джейк отрепетовал и я проверил, что правильно ввел их со своей клавиатуры, прежде чем нажать "Enter". Я сохранил их с красным значком, поэтому они появились на моем дисплее как враги.
- Правильно. Талибы в этом районе. Ноль Альфа хочет, что бы вы посмотрели.
Ноль Альфа был майор Блэк на базе.
- Дикарь Пять Пять, это Дикарь Пять Четыре. Это на севере. Это ваш район. Можете проверить?
- Подтверждаю, - сказал я. - Ждите.
Джейк был на юге, над посадочной зоной. Координаты были чуть дальше чем в полутора километрах на северо-запад от меня, но - и это тревожило - лишь чуть дальше чем в километре к северо-востоку от конвоя.
Нам не нужно было двигаться и мы не собирались извещать талибов, о том, что мы знаем, где они, так что мы остались над бегущими гражданскими. Билли следил за всеми, кто направлялся на юг, а я одним нажатием кнопки привязал камеру к полученным от разведки координатам. Это была небольшая впадина в холме наверху вади, но там ничего не было. Это был отличный наблюдательный пункт, с обзором на юго-запад в сторону нашего конвоя, но они были на обратном склоне отрога и вне поля зрения.
В ста метрах к северо-западу, однако, находился дом и усадьба; небольшая ферма. К северо-западу от него стояли четыре больших палатки, с кухонной утварью над костровой ямой. Я не мог сказать, был ли кто-то внутри.
Эти палатки были огромны, не то что наше обычное кочевое расположение. Кочевники держали все свое дерьмо в одном носке. Эти штуки были огромными дворцами из черного брезента, примерно 5 на 8 метров, поднятыми на столбах и закрепленных длинными веревками. Место выглядело пустынным. Огонь все еще дымился, но было похоже, что кто-то опрокинул котел и сбежал. Я направил радар вниз, что бы посмотреть, нет ли какой-нибудь техники. Никто не прятался под укрытием и радар должен был об этом знать. Все, что я видел в округе, это был конвой.
Мы переместились над ними. Выглядело все хорошо, но по периметру не было ограждения. Эти ребята были либо настоящими кочевниками, либо талибами. Кочевники были любопытным племенем, которые всегда были очарованы нашими вертолетами. Я не понимал, зачем бы им было убегать; они знали, что им нечего бояться. Если бы они покинули лагерь, то они были бы наверху, со своими козами. Никаких коз вокруг не было, как и никаких признаков, говорящих мне, что это были дружественные нам люди. Но не было ничего, говорящего мне об обратном; никаких следов больших машин, ничего. Мы могли бы опуститься на 10 футов и облететь их по дуге, заглядывая под навесы, но это была не наша работа. Мы были здесь, что бы защитить конвой. Если здесь и прятались талибы, в этот день они могли подождать.
- Дикарь Пять Четыре, Дикарь Пять Пять, - доложил я Джейку. - Осмотрел этот район. Все что я вижу, это заброшенный лагерь в 1200 метрах норд-норд-ост от нашего конвоя. Я не вижу, враг это или нет. Я собираюсь проверить маршрут конвоя.
Первое что мы сделали, это пролетели над маршрутом нашего конвоя, в поисках любых вероятных СВУ или районов минирования, на тот случай, если талибы, обнаруженные разведкой, ушли.
- Дикарь Пять Четыре, Дикарь Пять Пять и Верхолаз. Орудия и минометы закончили и войска скоро собираются уходить. Ждите.
- Дикарь Пять Четыре, подтверждаю.
- Дикарь Пять Пять, подтверждаю.
- Верхолаз, подтверждаю.
Я посмотрел в своем "черном мозге" на матрицу синхронизации. Британский "Харриер" скоро будет заменен американским бомбардировщиком В1.
Ребята собирались столкнулся со своей первой реальной угрозой, собирались встать и спустится по склону, обращенному к тому, что может быть вражеской позицией.
Мой пульс стал учащенным. Давление стало повышенным. Если что-то и должно было грохнуть, то в этом самом месте и времени. Я представлял себе врага, смотрящего вверх вдоль длинного склона на запад, спрятавшегося за маленькими амбразурами, которые они пробили в стенах. Для них это было как стрельбище. Рой десантников собирался идти к ним, выстроившись в линию.
Если талибам приказали сражаться, они начнут с легкостью бить наших ребят. У меня было видение, как в Первую мировую войну сквадди (прозвище рядовых солдат и сержантов) истреблялись самым технологичным оружием тех дней - пулеметом. Если им не прикажут драться, они могут пятясь отступить. В любом случае, наша задача была найти их - и потом прикончить. Мы не могли позволить им позже появиться из-за угла в этот день.
Сейчас мы были над Зеленой зоной и я смотрел на городской район к северу от отрезка с запада на восток, по которому конвой должен был пройти бутылочное горло. Именно здесь жила община, обрабатывавшая Зеленую зону.
Между стенами усадеб высотой в пятнадцать футов и местами, в четыре фута шириной, пролегали три длинные дороги, идущие с севера на юг. Основные дороги шли параллельно Зеленой зоне; правая разделяла Зеленую зону и первый ряд усадеб.
Каждая усадьба была с огороженным садом, который примыкал к следующему, без перерыва. Все они сливались друг с другом, когда они тянулись на север от бутылочного горлышка. Семь усадеб на севере были разомкнуты: переулки, идущие с востока на запад, соединяли правую и центральную трассу. Переулки между ними были достаточно широки, что бы проехала небольшая машина.
Слева от центральной трассы было еще несколько разомкнутых усадеб. Каждый огороженный стеной сад граничил со следующим через переулок, соединяющийся с последней дорогой с севера на юг.
Каждой усадьбе был присвоен номер на спутниковых снимках. Когда войска проходили, они могли сказать что они были очищены. Парни должны были войти в каждую из них. Идеально было бы пройти каждую усадьбу, одну за другой. Но у командира 3-го десантного не было времени; он поручил им зайти туда на варп-скорости. Он сказал, что это была зона ближнего боя и они должны были зачистить ее так быстро, как только могли.
Тутал принял смелое и необычное решение, сказав своим людям, что они могут не носить бронежилеты. Он получил больше пострадавших от тепловых ударов, чем от пуль и осколков. Многие парни решили рискнуть, потому что там все поджаривалось и они должны были двигаться многие часы.
Мы разделили усадьбы между собой. Я взял все, начиная с бутылочного горла, рядом с усадьбой номер 1 на север до усадьбы номер 35, а Джейк с 36 по 70-ю. Билли и Джон будут внимательно следить за продвигающимися войсками и друг за другом.
Мое кровяное давление подскочило; я чувствовал, как мои виски стучат о шлем. Я знал, что могу убить любого, кто откроет по ним огонь и разнести их укрытия, но если они его откроют, то я лишь убью много убийц, которые убили чертовски много десантников.
Я был уставшим и нужно было сосредоточиться.
Сначала я обыскал западную сторону застройки, сторону, обращенную к склону, усадьбу за усадьбой. Никто не прятался за стенами, только домашний скот.
- Рота "В" пошла, Эд, - сказал Билли. - Они начинают двигаться на восток к усадьбам. Они не шляются по округе. Имей ввиду, я бы тоже не стал идти в открытую.
Я переключился на тепловизор и стал искать источники тепла. Все что я мог видеть, были коровы, козы, куры и еще больше коров, коз и кур. Большая часть усадеб включала в себя от трех до пяти террасных зданий, в основном у северной стены, напротив входа в усадьбу, где скудный солнечный свет мог согреть их зимой. У них был один или два угла, отведенных под скотину и низкая квадратная времянка в центре, где местные жители держали своих цыпочек, а талибы прятали свое оружие. Это был довольно зажиточный район. У них были прочные крыши.
Обычно, мы ожидали увидеть гражданских. Мужчины будут в Зеленой зоне ухаживать за своими делянками, женщины будут вокруг кастрюль и будут играющие дети. Не было никаких школ. Талибы все их уничтожили.
Сегодня не было ни мужчин, ни женщин, ни детей, ни кастрюль. Все место выглядело пустынным. У меня мурашки по коже пробежали. Они сбежали? Или были слишком напуганы, что бы выйти?
Остаточное тепло от ям и печей должно было быть белым от жара на тепловизоре. Они были заранее и четко предупреждены; вот почему место было холодным как камень и вот почему было относительно немного гражданских, все еще бегущих на север. Они должно быть, даже знали, что это будет однодневная операция, потому что они оставили здесь весь свой скот.
Мы видели мужчин, возвращавшихся обратно в этот район. Мы не видели, что бы кто-то призывного возраста бежал. С каждой минутой, я чувствовал себя все более неуютно.
Джейк прикрывал северную часть городской застройки, предназначенной для роты "В". Я прокладывал свой путь на юг, через деревню, пока я не добрался до зданий у бутылочного горла.
Я заметил 30 или около того, бочек уложенных напротив южной стены усадьбы номер 1, где трасса конвоя проходила в самом узком месте.
Я щелкнул радио.
- Вдова Семь Ноль, это Дикарь Пять Пять - у меня потенциальное СВУ в усадьбе Ноль Один.
- Ждите.
Он должен был доложить командиру батальона.
- Вдова Сень Ноль, принято.
- Это в самой узкой части бутылочного горла, на северной стороне трассы. Как поняли?
Я представил себе Тутала, сидящего в грязи, его палец обводит соответствующий сектор карты.
- Принято.
- Я вижу около 30 бочек, аккуратно сложенных у южной стены этой усадьбы, прямо рядом с трассой. Это идеальное место для СВУ. Если бы вы хотели поразить конвой, когда он будет проходить через застройку, это было то место, где нужно это делать.
- Ждите.
Билли сбросил нашу высоту, что бы рассмотреть поближе.
- Вдова Семь Ноль, это Дикарь Пять Пять, - я не вижу управляющих проводов.
- Дикарь Пять Пять, это Вдова Семь Ноль. Я хочу что бы вы уничтожили это цель НАР с фугасно-зажигательной.
Я чувствовал, как брови Билли исчезают под линией его волос на лбу.
- НАР с фугасно-зажигательной?
Он был прав. Фугасно-зажигательные полубронебойные неуправляемые авиационные ракеты не были высокоточным оружием. Как я мог попасть в бочку НАР? Они не управлялись в полете и поскольку пусковые установки были просто выровнены относительно "Апача", они могли пойти куда угодно.
- Я знаю, что мы не должны использовать их против этой цели, Эд, - сказал Билли. - Но ты же выровнял ракеты на этой машине?
- Я не могу гарантировать, что пусковые не поменяли местами. Они могут пойти куда угодно, дружище.
Я решил использовать фугасно-зажигательные снаряды.
- Вдова Семь Ноль, это Дикарь Пять Пять - негативно. Фугасно-зажигательные снаряды могут инициировать подрыв любой взрывчатки или топлива.
- Вдова Семь Ноль, добро огню.
- Дикарь Пять Четыре, это Дикарь Пять Пять - ты принял последнее?
- Дикарь Пять Четыре, подтверждаю, вперед.
- Где они, Билли?
Я не хотел стрелять в Джона и Джейка и не хотел отрывать взгляд от цели, что бы искать их.
- По ним чисто, как и по роте "В".
Мы все еще были на орбите и летели по часовой стрелке на 70 узлах. Билли вел низко и медленно.
Я сбросил настройку на 10 снарядов в очереди, навел перекрестье в центр бочек, выровнялся и подсветил цель лазером своим правым средним пальцем. Я не использовал свой указательный палец; некоторые из его мышц были связаны с большим пальцем, который контролировал перекрестье.
Дисплей показал 1699 метров - миля от нас.
- Огонь, - сообщил я.
Я нажал на левый спуск и держал его, пока пушка не перестала стрелять. 10 выстрелов вылетели и все прошли мимо цели. Они приземлились ниже и левее - в середине трассы.
- Чертов разбаланс пушки! - я был абсолютно вымотан боссом.
- Хвала Господу, мы не стреляли вблизи от войск.
Билли наблюдал на своем дисплее. Мой прицел был наведен на цель и дрейфа не было. Эти снаряды должны были лечь на место.
Я прицелился выше и правее, на расстояние, на которое я промахнулся и выпустил еще одну десятизарядную очередь. Огромное облако пыли окутало усадьбу. Когда оно осело, там было немного дыма и много горячих точек в бочках, но больше половины из них уцелели.
- Вдова Семь Ноль, это Дикарь Пять Пять. Дельта Отель, но нет детонации СВУ.
- Дикарь Пять Пять - это безопасно?
Они все были разбросаны вокруг, но я не мог гарантировать, что в одной из бочек на дне кучи нет активного детонатора.
- Негативно. Не на 100 процентов. 500 фунтовая бомба была бы целесообразна. Дротик Два Четыре доступен.
Согласно моей матрице синхронизации, Дротик Два Четыре был бомбардировщиком В1 из Диего-Гарсии и был на задании в течении 15 минут.
Рота "D", командир батальона и его авианаводчик еще были наверху склона. У них был полный обзор всего маршрута, вплоть до позиции роты "В", недалеко от района застройки.
Патрульный взвод прикрывал возвышенность и охранял вади на западе, где должен был появиться конвой.
Он только что тронулся с отрога и медленно продвигался по самому безопасному маршруту, который они могли найти - широкому, плоскому, сухому дну реки. По его цвету было видно, что оно затапливалось во время сезона дождей, поэтому любые мины, оставшиеся от предыдущей обороны Муса-Кала были смыты, а новые должны были бы быть заложены в течении последних двадцати четырех часов. Разведмашины работали сверхурочно.
Рота "В" была чуть выше усадеб, готовая идти.
Это был напряженный момент. Снайперская группа талибов могла быть в этот день в поле. Рота "В" была бы прижата на открытом месте и мы бы единственные были теми, кто мог их вытащить. Если бы они все открыли огонь и их оружие было бы вычищенным и исправным, это все было бы похоже на поиск горсти иголок в стоге сена.
- Привлеките их.
Командир 3-го десантного батальона не стал тянуть. Он слишком хорошо понимал угрозу. Каждая машина должна была миновать бутылочное горло. И ему нужно было увести роту "В" из потенциально убийственного места как можно скорее.
Я вызвал Дротик Два Четыре. Приятнозвучный женский голос, с американским акцентом, сообщил мне, что она не может сбросить без допуска страто. Я понятия не имел, что это значит и была ли она пилотом или наводчиком-бомбардиром. Может, стратегический допуск? Ей нужно было получить разрешение от кого на театре действий?
Я вызвал Вдову Семь Ноль и передал ему сообщение.
Вдова Семь Ноль напрямую связался с Дротик Два Четыре. Он сказал, что он командир на земле. Имелся чрезвычайно высокий риск, связанный с предположительно СВУ; у него были люди на открытом месте и его нужно было устранить.
Через 10 минут, она подтвердила, что у нее есть допуск от страто. В1 "Лансер" имел радар с искусственной апертурой. Она могла видеть только радиолокационную карту земной поверхности, не реальную картину - и Усадьба ноль один для нее ничего не значило. Она сопоставила цель и сообщила о южной стене усадьбы. Она собиралась использовать JDAM - комплект инерциальной и GPS аппаратуры, прикрепленный к обычной бомбе, что бы навести ее с высокой точностью.
- Готовность три ноль - сообщила она. Время подлета 30 секунд.
Раздался всемогущий "бу-у-ум" и столп черной земли взлетел на 150 футов в воздух. Когда пыль рассеялась, мы могли увидеть, что она разрушила южную стену с безупречным совершенством, проделав дыру шириной около десяти футов и на четыре фута вглубь земли. Ни одной бочки не осталось.
- Дротик Два Четыре, это Дикарь Пять Пять. Это Дельта Отель. Милая дырочка.
Вдова Семь Ноль сообщил нам, что минометы открывают огонь. Нам приказали двигаться на восток к вади.
Зеленая зона была толщиной в пару сотен метров, но деревья смыкались кронами, образуя навес. Я пытался выяснить, нет ли под ними чего-нибудь, что могло бы представлять угрозу для конвоя. Я периодически поглядывал на трассу, проходящую через нее; было много выбоин, но я не мог видеть никаких свежих дыр или необычных тепловых форм.
Деревья нависали над точкой, где заканчивались здания и начиналась зеленая зона. Это был самый опасный район для конвоя, потому что его можно было рассмотреть - на уровне земли - издалека, и подать команду на подрыв из укрытия со смертоносной точностью. Оказавшись в Зеленой зоне, бомбоделы талибов будут вынуждены полагаться на нажимные спусковые устройства, которые наши саперы смогут найти без угрозы дистанционного подрыва.
Когда минометы остановились, Билли повел нас на низкой высоте над западной стороной усадеб, когда парни уверенно шли, готовые к штурму.
Я заметил блокпост у кратера от бомбы, где дорога исчезала в деревню.
- Вдова, это Дикарь Пять Пять. Я видел то, что выглядит как блокпост на въезде в Зеленую зону. Подтвердите что поняли.
- Вдова, принял.
Я продолжал описывать то, что видел. Прямо под навесом, правая сторона дороги была блокирована тем, что выглядело как две соропятигаллонных бетонных бочки, со стальным столбом между ними, перекрывающим правую сторону трассы. Любая машина проходящая слева от них, будет вынуждена отклонится вправо другой конструкцией. Это был "лежачий полицейский" и не тот, которые вы могли бы протаранить на высокой скорости. Он был сделан, что бы замедлить движение до едва ползущего. Здесь не было контрольно-пропускных пунктов афганской полиции, что означало, что то, что внизу, было сделано талибами.
Вдова подтвердил и сообщил о нем саперам.
Когда мы резко повернули на восток, я посмотрел вниз и увидел человека с оружием. При внимательном рассмотрении я понял, что это не оружие и что он был очень стар. Рубахи и заросшие бородами лица затрудняли определение возраста некоторых афганцев с этой высоты, но его походка, сутулость, скорость и то, как он держал свои плечи, заслуженно отметили его как пенсионера в моей книге.
Не более чем в 500 метрах к северо-востоку от места взрыва бомбы и к северу от трассы, идущей с востока на запад в Зеленую зону, он нырнул внутрь маленького шалаша без дверей, построенного из четырех дуг, покрытых травой. Это был не дом, а место для отдыха во время работы в полях, достаточно большой, что бы улечься с ногами, торчащими из него.
Я сказал Вдове Семь Ноль, что он не представляет угрозы. Я не хотел, что бы один из парней выскочил из-за угла и испугал безобидного старика с палкой.
Несколько секунд спустя, Вдова сказал что рота "В" начинает зачистку усадеб.
Они двигались от здания к зданию с невероятной скоростью. Это было все, что мы могли сделать, что бы оставаться на шаг впереди них. Они не бросали гранат. Они шли парами стреляй-и-маневрируй через каждую дверь. Они относились к этому месту с уважением, агрессивно зачищая усадьбу за усадьбой.
Прежде чем мы об этом узнали, 3-е звено вернулось, что бы выполнить с нами замену на точке. Это потребовало столько же времени, как и зачистка СВУ и начало захода роты "В".
Я был очень удивлен, что рота "В" спустилась со склона без контакта. Это была прекрасная возможность. Талибы знали, что застройка была огромным убойным полем. Возможно, опыт Навзада заставил их подумать дважды. Мы были прямо над их головой и если бы они открыли огонь, они бы умерли, откуда бы они не стреляли. Если они попытаются оторваться, они просто умрут уставшими.
Они ждали, пока атакуют Зеленую зону. Они хотели, что бы 3-й десантный батальон завяз в зарослях, на их условиях и на их заднем дворе.
Мы должны были вернуться на север, что бы избежать траектории орудийного огня, после инструктажа Пата о блокпосте и старом стороже. Пролетая мимо трех орудий, я увидел, что они находятся на расстоянии не более 20 метров друг от друга.
Билли и я обошли Кэмп Бастион. Мы пошли прямо на полигон к западу от лагеря и сделали 50 выстрелов из моей пушки.
Мы залились топливом и загрузились 30-мм снарядами, а затем вырулили обратно на взлетно-посадочную полосу через 15 минут. С выверкой пушки, дозаправкой и загрузкой нам понадобилось всего 19 минут, прежде чем мы снова взревели на конце взлетки.
Я переключил комплекс самозащиты вертолета в автоматический режим и Билли на полной мощности полез в дымку.
Артиллерия вела огонь по прямой. Мы пошли на север от пушек и ждали возможности вызвать Пата.
Я связался с патрулем заранее. Пат сказал, что войска расчистили блокпост. Это был контрольно-пропускной пункт талибов. Мы должны были немедленно двигаться на восток и наблюдать, как парни двигаются через Зеленую зону.
Мы оставили их не слишком далеко от этого места. Им требовалось так много времени, что бы пройти через контрольно-пропускной пункт талибов, что они почти не двигались. Саперам нужно было идти вперед первыми, что бы убедиться в отсутствии минных ловушек.
Посевы старика были безупречны, когда мы уходили. Теперь в них протоптали извивающиеся линии. Это выглядело так, будто талибы ожидали в засаде.
На дороге и полях также были воронки от 2000 фунтовых бомб. Они были сброшены как превентивные удары.
Старик все еще прятался в своем шалаше. Я видел, как его голова время от времени высовывалась.
Парни начали зачищать Зеленую зону. Два десантника побежали вперед по открытому полю, поставили деревянную раму на прочную стену и побежали назад. Заряд для мышиной норы. После взрыва они побежали обратно к стене с половиной своей группы; другая половина держала свое оружие наизготовку, готовая к стрельбе. Они прошли через только что проделанное отверстие парами, а затем поползли по-пластунски. Весь процесс повторялся снова и снова, поле за полем. Они не собирались идти через дверные проемы. Один патруль даже пробил себе путь головой через одну из более хлипких стен.
Мы выполнили еще одну замену, когда они были на полпути через Зеленую зону. Столько времени заняла эта задача.
Талибы все еще не дернулись. Они не были теми, кто уклоняется от боя в Зеленой зоне, независимо от того, насколько их превосходили числом. Так что они выжидали. Они знали о конвое. Они сознательно избегали любого столкновения с 3-м десантным батальоном. Они ждали конвой: легкую цель, которая не могла дать отпор.
Если это не СВУ и не засада, что они запланировали? Что бы это ни было, я молился, что бы все наши парни были живы и невредимы, когда мы вернемся.
Мы запарковались, когда вернулись. У нас было около 30 минут, которые мы сэкономили, потому что нам не надо было идти на стрельбище. В то время как Билли разбирался с вертолетом, Джон и я одолжили у парней "Мимик" - это было похоже на WMIK, только без вооружения и турелей, и понеслись как одержимые на камбуз 3-го десантного. Он был закрыт. Мы попросили что-нибудь пожрать. Они дали нам коробки с сэндвичами с индейкой и кусками чизкейка и мы помчались назад.
Джон оглянулся назад и засмеялся.
- За нами гонятся легавые.
Фургон Королевской военной полиции (RMP) с мигалками, вспыхивающими синим светом и сиреной преследовал нас, потому что мы превысили скорость. Мы все еще были в наших шлемах с опущенным вниз забралом - шлемы были обязательны в открытых машинах и у этой не было ветрового стекла - а я утопил педаль газа в пол. Их не пустили на взлетную полосу, так что им пришлось остановиться у нашего барьера.
Мы были голодными, но не успели поесть, прежде чем запрыгнули в вертолеты, так что мы набивали наши рты, пока ожидали выхода на рулежку.
Тафф подключился и сказал мне, что копы хотят прижать водителя "Лэндровера", его имя было на рабочем талоне.
- Передай им, что это был я и там, куда мы отправились, идет ебанная война, - сказал я.
Он улыбнулся.
- Спасибо, сэр.
Я пристегнулся. Мы были пристегнуты к "Апачам" почти 11 часов и они еще даже не добрались до окружного центра. Я сразу почувствовал себя виноватым. По крайней мере, я дрался в кресле с кондиционером, в то время как 3-й десантный батальон был там на земле.
Радиопередачи проходили спорадически, когда Билли подал рычаги мощности двигателя вперед, готовый снова идти.
Машины пересекали вади и Крис нашел талибов.
Я сглазил.

Команда снайперов

Воскресенье 6 августа 2006 года
Муса-Кала
Мы вырулили на взлетную полосу, взлетели и набрали высоту повыше от солнца. Это было долгожданное освобождение. Мои глаза горели от недосыпа и постоянного напряженного взгляда в TADS в течении нескольких дней подряд. Я чувствовал, что мне нужно регулярно пополняемый запас кубиков льда в штанах, что бы не заснуть.
Нужно сосредоточиться, повторял я себе. Нужно сосредоточиться...
Пат и Крис следили за талибами, поэтому мы их не прерывали. Мы обошли орудия с севера. Все три стреляли в унисон, когда мы проходили мимо. Вокруг них вздымалась пыль, поднимаемая кольцевыми ударными волнами.
Я пытался понять, что задумали талибы. За последние 3 месяца они выучили одну-две штуки. Что я упустил? Сегодня не было СВУ или мин. И нельзя было сказать, будто бы они не знали, что мы придем и не подготовились. И уж точно они не испугались. Их основая цель состояла в том, что бы отправить британских неверных домой в мешках для трупов, и они бы не получили лучшего шанса чем этот.
Попытка оставаться на шаг впереди них, была тем, на чем был сфокусирован мой ум, но мой ум был также вымотан, как и мое все более истощающееся тело. Они явно не собирались связываться с 3-м десантным батальоном, но как они могли поиметь конвой, не приближаясь к нему? Их минометы, РПГ и ракеты не были достаточно точны.
- Дикарь Пять Пять, это Дикарь Пять Четыре.
Джейк ворвался в мои мрачные мысли. Он воспользовался затишьем в радиообмене и переговорил с Патом.
Конвой был в окружном центре и скоро отойдет. Роты "В" и "D" находились на западной стороне вади, прикрывая восток. Следопыты и датчане были в конце Базарной дороги, на восточной стороне вади, прикрывая запад. Пат и Тони кружились над трассой, пересекающей вади, в качестве сдерживающего фактора. Крис и Карл были на юге, на остатках топлива, высматривая талибов по данным разведки.
Мы были на севере, приближаясь к хребту, под нами был Патрульный взвод. Джейк сказал нам сменить Криса; он останется рядом маршрутом конвоя.
Жопа.
Орудия вели огонь. Нам было сказано, что нам придется вернуться на запад, обойти их с тыла и вернуться на восток, что бы встретиться с Крисом и Карлом.
- Ни за что, Жозе, - пробормотал Билл.
Он накренил нос и в мгновение ока мы были в 30 футах от поверхности, несясь на юг через пустыню на максимальной скорости. Пушки продолжали стрелять, но он знал, что траектория их снарядов будет пролегать над нашими головами. Это было строго запрещено, пролет через линию огня, но это было необходимо. Мы не собирались больше тратить топливо, облетая три стороны квадрата.
Потом Билли поднял нос вертикально и все, что я видел - это небо.
Крис передал мне присмотреть за белой машиной, которая будет нашей точкой привязки и переслал мне координаты через модем. Я привязал к ним TADS. Когда я посмотрел вниз, там был белый автомобиль, рядом с небольшим потоком недалеко от главного вади. Три мужчины устроили плохое представление, притворяясь, что моют его.
Крис не был привязан к цифровому окружению; он был парнем с головой-из-кабины. Любые указания, которые он мне сейчас давал, начинались с этой точки привязки.
Теперь мы были в 3 километрах к югу от точки пересечения и слишком далеко от парней, что бы защищать их или служить сдерживающим фактором. В последний раз мы были на наблюдении после того, как СВУ убило трех наших парней 5 дней назад. У нас тогда тоже была наводка от разведки, всего в 30 километрах на северо-восток.
Мы пытались отвертеться от этого, но штабные в Лашкаргах были очень взволнованы; они полагали, что это высоко приоритетная цель, "значительные силы, которые готовы отправиться и убивать наших солдат". Мы указали на то, что их месторасположение означает, что они не имеют отношения к тем войскам, которые мы защищаем, но получили приказ идти.
Это было слишком далеко, что бы отправить одиночный "Апач", поэтому мы пошли парой, оставив наших парней без непосредственной поддержки - только что бы нас поприветствовала пара мужчин, размахивающих своими рубахами, что бы показать, что у них нет никакого скрытого оружия.
Как только мы вернулись в район патрулирования, звено Дэна прибыло нам на смену. Талибы кишели в этом месте повсюду. Нам повезло, что мы не понесли новых потерь.
Мне показалось, что это повтор тех же самых событий, и я решил как можно быстрее вернуться к конвою.
- В 500 метрах к юго-западу от опорной точки находится группа из 15 усадеб - сказал Крис.
Я увидел их в окне и подтвердил прием.
- Также с тыла к фронту идет J-образная линия деревьев, ориентированная на запад.
Окай, глядя на запад я увидел "J" с крюком, указывающим на север.
- Визуальное подтверждение, линия деревьев в форме "J" - подтвердил я - На западе и севере есть поля, здания на юге и востоке.
- Правильно. Внутри и вокруг крючка "J" у меня два чела, возможно талиба.
Крис продолжал рассказывать, что они прятались от него, возможно с ПЗРК или РПГ, и возможно, с личным оружием.
Карл больше не мог тут торчать; они должны были отправиться на дозаправку.
Его последние слова подтвердили мои опасения.
- Я бы не стал здесь торчать, если ты понимаешь, о чем я...
Я точно знал что он имеет ввиду. Я вызвал Вдову Семь Ноль.
- Район, который мы осматриваем, не является прямой угрозой для маршрута конвоя.
- Попытайтесь их найти и выяснить, есть ли у них оружие. Если так, то у вас добро на огонь.
Если бы я нашел их сам, я бы не мог стрелять, потому что они не представляли угрозы для конвоя. Должно быть, у него были разведданные получше, раз дал мне добро. В любом случае, он не мог их видеть, поэтому мне придется дать ему полную картину, а затем снова запросить его разрешение.
Один человек пытался спрятаться под деревьями в самом конце крючка "J". Что-то свисало у него с плеча. Я не хотел торчать здесь, так что лучше, как я считал, было спровоцировать какую-то реакцию в ответ. Если бы я выстрелил близко, но не в него, он бы убежал с пустыми руками, или выстрелил бы в ответ или, по крайней мере, продемонстрировал оружие.
Я дал предупредительную очередь по полю, примерно в 50 метрах к западу от него.
Ничего.
Мы развернулись, что бы посмотреть, сможем ли мы его заставить двигаться или показать оружие. Он поднялся и стал прогуливаться под деревьями.
Когда мы развернулись обратно, на него, он снова замер. Может быть, он думал, что мы не можем его увидеть, потому что он был в тени и носил черное. Похоже, он нес какой-то флаг. Я попытался взглянуть на него под другим углом, но он оставался за стволом дерева, пока мы кружили.
- Так держать, - сказал я. - Через минуту он выйдет на солнечный свет, может быть мы сможем что-то увидеть.
- Может быть, это сабля - сказал Билли.
Мы закончили полный круг и нашли еще двух человек. У одного из них было что-то, похожее на еще один флаг. Два флага? Это что, церемония открытия олимпиады Талибана?
Мы ввели Вдову в курс дела. Он явно воспринимал этих парней всерьез.
- У них есть спрятанное оружие?
- Подождите - сказал я - Я дам еще одну предупредительную очередь на 10 снарядов.
Все трое были прямо через дорогу от усадьбы.
На этот раз, я положил очередь так близко, что все они получили бесплатный педикюр. Третий мужчина кинулся к дверному проему в усадьбу напротив, но не смог зайти. Для меня это был четкий боевой индикатор. Это была не их территория, они должны были быть талибами. Если бы они были местными, он бы знал, что другая сторона двери замурована.
Два его партнера направились на восток по тропе, идущей в сторону леса. Я наконец-то хорошо их разглядел. У идущего впереди человека была полоса ткани через плечо и под ней было что-то длинное. Крис был прав. Я бы поставил на РПГ или ПЗРК. Тот, что шел сзади, нес что-то похожее под мышкой, тоже укрытое. Это должно быть, немного весило; он использовал обе руки, что удерживать его подмышкой. Оно было достаточно длинным и толстым, что бы быть безоткаткой.
Но они уходили в сторону от боя и я не мог точно идентифицировать оружие. Наши ROE не позволяли стрелять в них. Еще одна вспышка отраженного солнечного света. Это была антенна. У него было радио.
- Контакт! - вызвал Вдова.
Билли закрутил нас как шестипенсовик.
Рации орали как оглашенные. Конвой попал под обстрел в вади из Желтой 14.
Я был совершенно зол на себя. Пока мы бегали вокруг да около, пытаясь заставить этих троих выкинуть какую-нибудь глупость, что бы мы могли их идентифицировать или сбросить со счетов, конвой попал под обстрел в 3 километрах отсюда. Над ними был только один "Апач"; это должно было быть нашим приоритетом.
Мы мчались на север.
Конвой был еще растянут по вади. Я взглянул на Желтую 14 на одноразовой карте; это было в 200 метрах от роты "В", в 700 метрах к западу от скандинавов в Муса-Кала и примерно в 300 метрах к северо-западу от центра конвоя.
Эфир внезапно заполнила болтовня. Мы выяснили, почему не было бушующей перестрелки. Был только один выстрел из Желтой 14.
Густая растительность Зеленой зоны редела, когда вы двигались дальше на север и уступала место открытым просторам орошаемых фермерских земель. Прямо посередине была небольшая рощица, известная как Желтая 14.
Следующее что мы услышали, было то, что на одной из машин был убит солдат.
- Черт, - сказал Билли.
Желтая 14 была в прямой видимости конвоя и имела смысл в качестве огневой позиции - но только с одной стороны.
- Не оттуда, старина - сказал я
- Это должно быть там - сказал Билли - Это Желтая 14.
- Посмотри на расстояние. Это был одиночный выстрел и это слишком далеко для снайпера. Снайпер ни за что не будет стрелять оттуда.
Это было слишком близко к десантникам и оттуда не было путей отхода. Они были легкой мишенью. Как только он нажмет спуск снова, обрушится артиллерия и он станет магнитом для каждого британского солдата в Муса-Кала.
- Вдова Семь Ноль, Дикарь Пять Пять - Желтая 14 не может быть огневой точкой. Это должно быть где-то ещё, - сказал я. - Кто-нибудь может лучше сориентировать, откуда стреляли?
- Рота "В" услышала выстрел оттуда, и один из них был застрелен прямо в голову.
- О-о-о-о нет, - простонал Билли.
Я проклял талибов и винил себя. Наиболее уязвимая часть маршрута конвоя была при пересечении вади. Я знал об этом, но меня не было рядом с ними. Как я мог быть таким чертовски тупым? Я должен был настоять на возвращении к защите приоритетной цели.
Я чувствовал тошноту в животе.
- Это мог быть единственный выстрел, Билли. Но есть, по крайней мере, еще двое из них, дружище - возможно четыре - и они не в Желтой 14.
Я изучил террористический снайпинг в Северной Ирландии. Выстрел в голову требует максимальной сосредоточенности. Он бы не стал отрываться от прицела. Значит, у него был корректировщик. Корректировщик мог следить за вертолетом Джона, что бы снайпер знал, когда можно безопасно сделать выстрел. Если бы они чувствовали себя в 100 процентной безопасности, могли быть еще двое. Я предполагал, что у них также будут какие-то "мускулы", на случай последующих событий. Один или двое с тяжелым вооружением будут развернуты в качестве дозорных, что бы убедиться, что они не обнаружены и не обойдены. Скорее всего, расчет РПГ; люди с оружием, которое поможет им выиграть время для бегства.
- Дикарь Пять Пять, Дикарь Пять Четыре - вы наблюдаете за округой; мы остаемся над конвоем.
- Дикарь Пять Пять, принято.
Конвой замедлился и остановился. Мертвый солдат, как мы выяснили, был водителем одной из машин.
Я выглянул из окна кабины и прочесал местность в поисках подходящей позиции для стрельбы.
Джон и Джейк опустились ниже, чем должны были бы. Они кружили и кружили в одном и том же участке неба, намеренно подставляя себя, что бы отвлечь огонь от конвоя и идентифицировать огневую точку.
Давление нарастало. Если это был снайпер, и он думал, что мы не знаем, где он, у него может возникнуть соблазн попробовать еще раз. Был, однако, шанс, что он будет осуществлять свой отход. Я представлял, как он смотрит сквозь прицел, наблюдая, как падает тело. Он был готов к этому и мы стали в центре внимания. То, что мы сделаем дальше, определит то, что он будет делать дальше.
- Билли, держись по эту сторону вади и не поворачивай хвост в северо-западную часть зеленой зоны. Мы должны заставить их думать, что мы можем их увидеть. Это наш единственный способ предотвратить выстрел, пока я не выясню, где они.
Я изучил использование рельефа во время своего пребывания во 2-м парашютно-десантном батальоне: как патрулировать, как маневрировать, как устроить засаду. Меня учили как выбирать маршруты, что бы найти укрытие от наблюдения и укрытие от огня.
Как пилот "Газели", я прикрывал сверху ребят на земле, и я знал что искать, что бы обеспечить их безопасность. ИРА точно знала, как мы патрулируем. У них были парни в территориальной армии; у них были парни, которые дезертировали и перешли на другую сторону. Они знали, как устроить засаду, что бы никто не ушел и как уйти до того, как появятся силы безопасности.
Они наверняка обстреляли бы нас с большой дистанции и с идеальной позиции. И наш новый враг тоже. Желтая 14 была прикрытием, но и только. Она была сама по себе. Это была дерьмовая позиция.
Но где это могло быть еще?
Им нужно было иметь хороший маршрут отхода, который обеспечивал прикрытие сверху, что бы они могли отойти от горячей стрелковой позиции, если начнется наступление, или мы попытаемся залить их огнем, стреляя во все подходящие места, пока не получим ответ.
Им нужно было вернуться, а это означало где-то на северо-западе. Как только они вырывались на свободу, они прятали свое оружие и превращались в местных афганских жителей, размахивающих своими длиннополыми рубахами, что бы доказать, что они только что направились в мечеть.
Квартирмейстер ИРА упаковывал все вещи в сумки и уезжал прочь, оставляя снайперскую команду разделиться и слиться с окружающими.
Но была одна фаза, которую никто не мог избежать: сначала они должны были отойти с огневой точки.
Где они были?
- А что насчет тех кустов?
Билли нацелился на них своим моноклем.
Они шли вдоль оросительной канавы. Это была хорошая позиция, прямо на восточной стороне зеленой зоны. Но они шли только часть пути, что означало, что они будут в оросительной канаве на 50 метрах, прежде чем вернутся в укрытие.
Вдова Семь Ноль потребовал от нас новостей.
- Дикарь Пять Пять. Негативно, - ответил я.- Ищем.
- Вдова Семь Ноль, это Дикарь Пять Четыре - дайте Дикарю Пять Пять немного времени. Это как искать иголку в стоге сена.
Я поблагодарил Джейка и продолжил поиск.
Все выглядело чертовски одинаково. К западу от вади были поля и оросительные канавы с линиями деревьев и живыми изгородями, но ни одно не выглядело непрерывным. Где-то должна была быть сплошная изгородь или линия деревьев, или смесь того и другого... но я ничего не мог найти и я добирался до пределов дальнего снайперского выстрела.
К западу от этих полей был край Зеленой зоны. Мог ли он сделать выстрел с такого расстояния? Утвердительный ответ. Но поля были полны посадок и посадки были высокими, так что он не мог сделать чистый выстрел в конвой.
- Где, черт возьми...?
Вот где они находятся.
- Там... Пилот... Цель... Нашлемный дисплей! Вправо! Один час! Линия деревьев, с востока на запад, выглядит как перевернутая "Y".
Перекрестье Билли совпало с моим в монокле.
- Вижу, - сказал он.
К югу от группы усадеб шла тонкая, но непрерывная линия деревьев, раскинувшаяся на 200 метров. Один ряд шел на юго-запад, и зарывался в густые заросли, слишком высокие, что бы дать хороший обзор. Другая направлялась на восток, примерно на 300 метров, а затем поворачивала на юго-восток и продолжалась до самого края вади. Деревья не выживали в Афганистане. Если не было достаточно воды, поэтому рядом с ними должны были быть оросительные каналы.
Я подсветил лазером и занес соединение "Y" в компьютер "Апача", на тот случай, если оно нам понадобится.
- В самом низу этой линии, дружище.
Я указал правым глазом, зная, что Билли внимательно следит за ним.
- В самом конце юго-восточной части ответвления, ты можешь видеть все дно вади, вплоть до конвоя.
- Это длинный путь - сказал Билли.
Он был прав. Расстояние было между 500 и 700 метров. От центра вади было 600 метров.
Это было похоже на снайперскую позицию за пределами Кроссмаглена. Дальний чистый выстрел из укрытия под деревом. У него был хороший маршрут отхода с прикрытием. И он выводил в городскую местность, где они могли сбросить оружие и растаять.
Но как насчет расстояния?
Я должен был продолжить поиск или прикинуть ошибку на дистанции и быстро.
- Шестьсот метров - это около 660 ярдов. - я размышлял вслух - Одна угловая минута на 660 это ошибка от шести до шести с половиной дюймов. Он может попасть в голову с такого расстояния. Если конвой остановился на секунду, или если он упредит цель примерно на секунду, он все равно может попасть в голову.
- Он больше нигде не может быть - сказал Билли - Посмотри на размер этих посадок.
- Дикарь Пять Четыре, есть возможная огневая точка севернее вади. Изучаю.
Мне нужно было держать всех подальше от себя.
Билли держал вертолет в наступательном направлении, не указывая прямо на линию деревьев. Мы хотели, что бы они оставались там же, где и были. Я очень тщательно искал под деревьями, переключая TADS с дневной телевизионной камеры на тепловизор, тепловизор из режима тепло-белое на тепло-черное. Иногда картинка получается более контрастной, когда тепло отображается черным, а холодная поверхность белым. Я боялся, что что-нибудь пропущу. Глаза жгло от усталости и того, что они не моргали.
Я начал с окраин усадеб и работал в сторону юга. Я не хотел, что бы они сбежали, пока я ищу возможную огневую точку. У меня была потрясающая картина. Это было настоящее удовольствие.
Деревья были ровно распределены вдоль этой трассы. Полог деревьев прикрывал от четырех до двенадцати футов, возвышаясь над тропинкой, возле которой пролегал оросительный канал. Он выглядел довольно глубоким. Они бы светились, если бы показались на этом фоне.
Ничего.
Я потер свои глаза.
Я искал снова, и в этот раз просмотрел и деревья, что бы убедиться, что они не проложили себе путь коалы в их кронах.
Все еще ничего.
Моя спина меня убивала. Я был привязан в одном положении слишком долго, сгорбившись над пятидюймовым экраном, ища гребанный двигающийся пиксель.
- Они почти возле перекрестка - сообщил Джон - Ты уже видишь что-нибудь?
- Негативно. Если они там, нам придется их выкуривать.
Это было далеко и они, должно быть, чувствовали себя в безопасности так далеко на севере. Они должны были быть там.
С Джоном, кружащимся под нами, мы направлялись на запад над конвоем.
- Билли, лети по кругу, по часовой стрелке, с центральной точкой на юге от них. Когда мы придем на восток, они подумают, что мы смотрим на что-то южнее нас. Они могут попытаться прорваться.
Мы летели по дуге.
- Пока ничего.
Билли использовал тепловой прибор ночного видения.
Теперь мы смотрели на северо-восток, в медленном правостороннем круге с перевернутой "Y" на севере. У меня был прекрасный вид из окна. Когда мы проходили север, я увидел под деревьями мостик, шириной около шести-восьми футов, примерно в десяти метрах справа от "Y". Я не заметил его раньше.
Я переключился с дневной камеры на тепловизор и обратно, туда и сюда на максимальном увеличении.
- Кажется, я это расколол, напарник. Больше негде. Видишь это?
Вертолет был в стороне от моста, но TADS смотрел прямо на него.
- Вижу
Мы продолжали двигаться по дуге.
- Держи вертолет на этом направлении - сказал я.
- Сделай, что бы все выглядело так, будто мы улетаем.
- Хорошая мысль.
- Я не знаю, что еще можно сделать.
Я увеличил масштаб на мосту, так как мы уходили все дальше и дальше.
Мы оба уставились на дисплей, не смея моргнуть.
- Вот, - завопил Билли через интерком. - Мы нашли одного. Подожди.
Из-под моста показалась голова.
- Держу его - сказал я Билли - Держу его...
Я был прямо на краю ограничения движения TADS; я не хотел, что бы он повернул вертолет и потерять их.
- Я держу его.
Показались плечи. Тепловизор заставил его светиться на фоне воды канала.
Солнце было под самым удачным углом, так что я переключится с тепловизора на дневную телекамеру. Его черная длинная рубаха прекрасно выглядела на дальнем берегу ирригационного канала. Он перекинул РПГ через плечо и рюкзак с ракетами за спину.
Когда он начал подниматься, вышел номер два.
Я почувствовал прилив возбуждения.
- Спокойно, спокойно... я продолжал считать.
У второго парня тоже было оружие - какая-то штурмовая винтовка, но я не видел характерного магазина АК-47. Прямо за ним, сильно его толкая, был номер три.
Четвертый, в белом, также нес РПГ, но именно номер три заставил участиться мой пульс. Когда он потянулся вперед, что бы вскарабкаться на берег, рядом с ним было длинное оружие с тонким стволом.
- Снайпер, - сказали мы в унисон.
- Они взяли этот раунд, но мы не отдадим им игру.
- Мы обнаружили снайперскую группу, ждите данные, - сообщил Билли Джону и Джейку и отправил им координаты "Y"-образной развилки.
Если бы они были на огневой позиции, мы могли бы просто развернуть вертолет и обрушить на них ливень снарядов. Но они не были; они пытались сбежать.
Мы не хотели спугнуть их. Нам пришлось усыпить их мыслью, что им все сойдет с рук. Мы были в большом ленивом развороте, в то время, как что нам действительно хотелось, это развернуть вертолет и разорвать их.
Мы потеряли их из виду, поскольку TADS была блокирована, но они двигались осторожно. К тому времени, как мы развернемся, они будут на стыке линий деревьев, идущих к усадьбам на севере.
Когда он развернул вертолет и мы прошли 180 градусов от перевернутой "Y", TADS переключился из крайнего левого положения до крайнего правого. Она была готова снова захватить цель, когда мы пройдем 120 градусов.
Я проклинал проектную группу. Я запрашивал весь тур отмену ограничения на использование "Флетчеттов". Законниками это оружие считалось бесчеловечным; они думали, что это место будет выглядеть как чемпионат мира под дартсу в версии Джорджа А. Ромеро. Мы знали, что разрешение уже в пути, но если бы мы сейчас использовали наиболее подходящее оружие и "Апачи" пригвоздили бы их в этом лесу прямо сейчас, мы бы нарушили закон.
- Вдова Семь Ноль, Дикарь Пять Четыре, это Дикарь Пять Пять. Мы нашли команду снайперов. Вдова, сообщите, когда будете готовы к приему.
- Вдова, готов к приему.
- 4 вооруженных человека в ряде деревьев уходящих на север от координат Сорок - Один - Сьерра, Шесть - Пять - Девять - Два, Восемь - Ноль - Девять - Три. Готовлюсь к атаке.
Я сделал глубокий вдох и заставил себя быть наготове.
Солнце было прямо над нами и пекло сквозь стекло. Кабина пилотов была кондиционирована, но моя огнеупорная одежда, жилет выживания и шлем не позволяли пройти охлажденному воздуху. Я поджаривался.
Мои руки почти не отрывались от управления этим огромным "Плейстейшн" более 12 часов. Мои большие пальцы чувствовали, что не могут сдвинуться ни на миллиметр. Моя поясница была в огне, мои глаза были сухими и горели как в аду. Мои веки были словно из наждачной бумаги, когда я моргал.
Стремясь разглядеть каждую мельчайшую деталь, я все ближе и ближе нагибался к экрану. Большую часть дня я смотрел на север, используя солнце, что бы навести TADS, а это означало, что я должен был опустить забрало, что бы увидеть дисплей - что означало, что поток из кондиционера, вырывающийся из консоли, бил меня по лицу.
Так как я был на переднем сиденье, я сидел так долго, что мои ягодицы чувствовали, будто они давят на пару мячей для гольфа. Я поднимал одну ягодицу, потом другую, целую вечность, но это не облегчало боли. В довершении всего, постоянно согнутая поза заставляла мой бронежилет сильно давить на мочевой пузырь.
На развороте я проверил, что бы у пушки были выставлены двадцатиснарядные очереди, затем выбрал полубронебойные фугасно-зажигательные НАР на второе. Когда мы подошли к 120 градусному углу блокировки TADS, я активировал пушку и почувствовал успокаивающий тяжелый удар, когда она развернулась до упора вправо, что бы перехватить цель.
Вдова подтвердил переданную позицию; другие парни тоже вступали с ними в контакт. Черт возьми, Вдова. Было бы полезно знать об этом раньше.
Если парни вступали с ними в контакт, то это было по дороге туда, а не на отходе.
Картинка TADS замелькала, а потом застыла. Подножие "Y" заполнило экран. Я только что увидел подол белого балахона, когда последний человек исчез под деревьями, направляясь на север.
Я чуть не заорал от возбуждения.
- Снайперская группа в лесу, направляются на север. Заходи после нас, с ракетами; мы резко отвернем вправо с вашего пути. Не ждите, пока мы скажем чисто, просто стреляй по готовности. Тогда мы накроем цель. Мы отрежем их с севера, вы возьмете юг.
- Принято, - сказал Джон.
Я увеличил масштаб верхушки линии деревьев, в юго-восточном углу стены первой усадьбы. Потрясающе. Был пятнадцатифутовый зазор, который им нужно было пересечь, что бы добраться до стены. Сама стена шла на 50 метров на восток и 25 метров на север, без единого отверстия и или точки входа.
- Мы взяли их, дружище, - сообщил я. - Им некуда больше идти.
Они только убили одного из наших парней. Теперь я хотел убедиться, что они не сделают это снова.
Мои глаза едва не выпали из глазниц, следя через TADS за малейшим движением.
Мы развернулись на север и начали заход. Я предположил, что они на полпути к оросительному каналу. Они не смогут нас сейчас увидеть.
Джон и Джейк заходили позади нас.
План для меня заключался в огне из пушки по кронам деревьев в линии, что бы преградить им путь, запустить пару НАР HEISAP, что бы проверить схождение и наконец, сделав необходимую корректировку, жестко ударить по ним ракетным шквалом.
В этот момент мы уйдем вправо и вылетим на восточную сторону деревьев, наблюдая за промежутком сверху, что бы убедиться, что они не сбежали.
Джейк и Джон последуют нашему примеру.
Затем мы будем кружить, как пара мстящих орлов: мы были ответственны за северную точку отхода, они прикроют южную вилку.
Я удерживал перекрестье в трех четвертях высоты линии деревьев, постоянно подсвечивая лазером. Я жестко выжал оружейный спуск и передал "Огонь" через сеть миссии.
В ту же секунду, как пушка перестала стрелять, я опустил перекрестье к центру деревьев и активировал ракеты одним нажатием кнопки.
- Переходим к совместному, Билли.
- Совместное! - завопил он в ответ, давая мне знать, что готов к совместному наведению при стрельбе НАР.
Снаряды пушки врезались в деревья с невероятной точностью. Я знал, что так будет; мы сделали выверку несколько часов назад и теперь могли положить их в яблочко. Фугасные снаряды двойного назначения отправят осколки, огонь, ветви щепки во все стороны, прямо на пути снайперской группы. Они ни за что не побегут через такой ливень.
- Наводим и стреляем.
Мое перекрестье было в центре.
- Открываю огонь. - Билли сообщил по радио Джеку и Джону, что через минуту настанет их очередь.
Пара ракет вышли с каждой стороны нашего фюзеляжа и с ревом направились к цели с горящими задами.
Прежде чем они даже дошли до цели, я мог видеть, что они идут слишком высоко и вправо.
- Ебанная проектная группа...
Я установил количество НАР в залпе на 8. Нам нужен был инструмент для настройки сведения пусковых и они все равно его бы не купили.
Ракеты попали в поле справа от промежутка между деревьями и углом стены. Я взял ниже и левее и сообщил о повторном залпе.
- Наводим и стр...
Был ужасный шум, когда 8 ракет сорвались с крыльев.
- Моя пушка.
Я был готов разнести талибов в куски, пока Джон и Джейк стреляли.
- Ухожу вправо.
Билли сообщил остальным, что они следующие.
ЧЕРТ....
В моем монокле появились сообщения ОТКАЗ СИСТЕМЫ НАВЕДЕНИЯ и ПОТЕРЯ ЛИНИИ ПРИЦЕЛИВАНИЯ (TADS FAIL и LOS INVALID), как только вышли ракеты. Компьютер системы вооружения вдруг перестал понимать, куда смотрит система наведения и захвата цели или я. Это была катастрофа. Компьютер не позволит мне выстрелить из любого оружия, если не сможет проверить точность прицела.
Все 8 ракет врезались прямо в кроны. Расколотые ветви, стволы и листья взлетели из центра линии деревьев. По крайней мере, мы точно выполнили корректировку.
- Моя пушка, - сообщил Билли. Он был так же быстр, как и все в мире "Апача" и с этого момента он знал, что я просто говорящий багаж. У меня не было наступательных возможностей, кроме стрельбы в ограниченном режиме ручного наведения. Он всё ещё мог драться, используя свой монокль.
Джон и Джейк заходили по той же самой траектории. Я посмотрел на промежуток через окно кабины, что бы убедиться, что снайперская группа до него не добралась, и быстро взглянул на юг.
- Билли, левее и ниже, - сообщил я.
Он не видел моего прицела, так что пришлось ему просто сказать.
Деревья тянулись на север, окаймленные высокими посадками с обеих сторон. и я увидел участок тропы справа. Я мог видеть двух из команды почти прямо под нами.
- На полпути к линии деревьев... с этой стороны... двое мужчин.
Так как пушка пробудилась к жизни, ведущий талиб хотел бежать, но не мог делать больше, чем ковылять. Его спутник, пошатываясь, остановился и отчаянно помахал кому-то позади него, словно пытаясь его поторопить.
Я заметил третьего. Он согнулся вдвое, медленно двигаясь в 10 метрах позади своих напарников. Он был совсем не в форме и едва мог поставить одну ногу перед другой.
Очередь огромных взрывов прорвалась сквозь листву над их головами.
Талиб номер три исчез в облаке пыли и листьев. Ракеты Джека и Джона накрыли цель, за долю секунды до того, как фугасные снаряды Билли пустили серию призрачных оранжевых вспышек по тропе. Он выстрелил, используя свой монокль, и хотя мы никогда не видели, как они били, вспышки показали нам, что его прицел был точен.
Пыль не оседала. Земля была похожа на тальк. Не было никакого дуновения ветра. Промежуток был по-прежнему чист.
- Есть еще что?
- Без понятия. Но они не сбежали на север. У меня все под контролем.
- Открываю огонь.
Он дал еще три очереди в клубящееся облако.
Мы вышли на узкую циркуляцию и снизили высоту.
Джон летел в том же направлении, по часовой стрелке и со смещением на 180 градусов. Мы кружились вокруг цели, ожидая первых признаков жизни.
- Дикарь Пять Четыре, Дикарь Пять Пять, - вызвал я.
- Три талиба были поражены косвенно нашими ракетами и думаем, непосредственно нашей пушкой. Они скрылись незамеченными в пыли. Подтвердите что южный маршрут отхода под охраной и четвертый человек не ушел этим путем.
- Негативно. Мы можем подтвердить, что один талиб, одетый в белое прыгнул в стог сена, перед тем, как в него попала наша ракета.
Что за чертов стог сена?
Нам не нужно было долго искать. На западной стороне линии деревьев, к северу от точки соединения "Y" висела пелена серого дыма. Стог сена яростно горел.
Билли и мне было необходимо разрешение на использование "Флетчеттов" и побыстрее. Фугасно-зажигательные ракеты были волшебны против зданий, но бесполезны на открытой местности.
Когда пыль осела, ничего не осталось, кроме тлеющих остатков стога сена, линии пылающих деревьев, череды кратеров, расщепленных веток и кусков камней. Четверо талибов полностью исчезли.
Джон и Джейк сообщили об источнике тепла в посадках к западу, но никакого движения, и это было спорно, если он был достаточно большим для человека.
Посадки были 8 футов в высоту и должно быть, имели очень влажную почву, для отражения солнечного света. Если их ноги и руки были в воде, или если бы они лежали скрюченные, пытаясь выглядеть меньше, все, что мы бы увидели, это светящийся торс.
Билли и я посмотрели на его изображение в приборе ночного видения. Мы только что потеряли британского солдата и окружной центр был под многомесячным снайперским огнем. Единственным афганцем, которого мы здесь видели, был старый сторож в своем шалаше из травы у точки входа. Мы были уверены, что эти мешки с дерьмом убили нашего парня, а Вдова засек их огонь из этого самого места. Мы не хотели, что бы один из этих парней дрался снова.
Билли дал еще одну двадцатиснарядную очередь.
Грязь, вода и искрошенная зелень взлетели вдоль линии огня и источник тепла распался.
У нас был прекрасный вид на то, что находится под деревьями на этой низкой высоте. Мы продолжили поиски. Но там никого не было.
- Дикарь Пять Четыре, Вдова Семь Ноль. Это конвой в Зеленой зоне. Запрашиваю отчет.
Джон вышел по межвертолетной частоте.
- Мы это сделаем.
- Вдова, это Дикарь Пять Четыре, - сказал Джейк. - Снайперская группа уничтожена. Нам не хватает топлива, но мы продержимся как можно дольше. Мы будем над вами через 2 минуты.
- Дикарь Пять Четыре. Звено Дикарь Пять Два будет с тобой через 2 минуты для замены на месте, - вышел на связь Пат. - Запрашиваю доклад по обстановке.
Мы как раз собирались прикрыть конвой на склоне. Мне нечего было сказать.
Мы вышли из боя и бросились обратно, через пустыню.
Я почувствовал облегчение, но оцепенел. Билли и я теперь дрались на ограниченных системах, во многих отношениях. Я потерял все системы наведения, что означало, что я не контролировал систему наведения и захвата цели. Если бы мне нужно было стрелять, я должен был бы зафиксировать пушку прямо вперед, затем навести вертолет прямо на цель и спикировать на нее.
Мы не вели между собой никакого диалога. Следующий патруль был на подходе, так что они используют эту радиочастоту. Мы могли бы переключиться для разговора на другую частоту, но тогда не услышим, что происходит в зоне действия. Мы все еще должны были слушать, что происходит позади нас, на случай, если понадобится что-то передать на базу. Мы могли бы обмениваться сообщениями, но никто из нас не был в настроении что-то делать, если бы это не было совершенно необходимо. Это бы потребовало слишком много усилий.
3-е звено было сейчас там, наблюдая, как конвой проходит Зеленую зону.
Я все еще пытался починить свой вертолет. Мы могли бы вернуться обратно, если бы в кого-то из 3-го звена попали. Если бы я преуспел, к тому времени, как мы доберемся до Бастиона, нам просто понадобятся топливо и боеприпасы.
Я отключил и подключил свой шлем, пытаясь прицелится. Ничего. Я перегрузил системные процессоры. Ничего. Я провел диагностические проверки оборудования и попытался перезагрузить системы. Ничего. Я не контролировал линию прицеливания. Ничего не работало.
Мы слушали затухающие звуки битвы, когда летели обратно через пустыню.
Я услышал звуковой сигнал и увидел сообщение.
"Отправь отчет"
Джейк хотел знать, что у нас осталось. Мы выпустили 120 30-мм снарядов и 10 фугасно-зажигательных полубронебойных неуправляемых авиационных ракет. Я напечатал мой ответ на клавиатуре:
"Т 490 ФНТ - топливо оставшееся; С - 180 30мм снарядов осталось НАР 28 ФЗПБр ракет осталось; Р 4 ракеты с наведением. Все наши "Хеллфайры" остаются в варианте С - контрмеры. Все наши ловушки и постановщики помех остались. Техник по ремонту TADS потеря линии прицеливания"
- Саксон, Саксон - вызвал Джейк.
- Дикарь Пять Четыре и Дикарь Пять Пять возвращаются на базу к вам. С вами через два ноль минут.
Саксон подтвердил готовность.
- Нам нужно 140 снарядов 30 майк майк, 18 HEISAP, и не могли бы вы вызвать "зелень" к рации, что бы он переговорил с моим ведомым? У него отказ Танго Альфа Дельта Сьерра и сломана Лима Оскар Сьерра (TADS - система захвата и наведения и LOS - линия совмещения прицела)
Через мгновение или два голос техника по авионике зазвучал в моем наушнике. Голос у него был неуверенный. Технари не очень любили говорить по радио.
- Эм... Говорит техник... эм... прием.
Он сказал мне, что я не смогу исправить отказ в середине полета и что мне придется подождать, пока я не сяду на землю.
- Я буду готов, когда вы сядете, сэр. Нет проблем, сэр. Прием и э-э-э... конец связи, сэр.
Он с чувством облегчения отключился.
Вызовы между Патом и Крисом все еще были ясными и четкими. Машины прокладывали себе путь вверх по склону к свободе. Роты "D" и "В" возвращались через Зеленую зону со всей возможной скоростью.
Мы приземлились, вырулили и остановились на пункте дозаправки. Упругость в шагах наземных служб исчезла за последние несколько недель. Они подключили шланг и начали дозаправку. Техник из "зелени" пробрался к двери и указал на парковочные места. Я показал ему "6" и он отправился к нам. Он шел как зомби. Я знал, что последнее, что ему нужно, были часы и часы работы, что бы починить мою колесницу. Я понятия не имел, как они умудрялись чинить эти летающие компьютеры, когда они едва могли держать глаза открытыми.
Билли прорулил вдоль укрепленной зоны перед ангаром и заехал в отсек 6. Когда мы остановились, я услышал Пата по радио.
- Саксон оперативный, это Дикарь Пять два. Конвой в безопасности, в западном вади. Все войска сейчас возвращаются к посадочной зоне. Отправьте на подхват CH-Сорок-Седьмые.
Нам не нужно было снова идти на замену.
Я посмотрел на верхний передний дисплей.
17:15:08...17:15:09... 17:15:10...
Мы были в воздухе 15 часов, и это не включая подъема, что бы обнаружить, что расписание сдвинулось.
Я запрыгнул в этот вертолет в 3.45 утра. На самом деле, может быть, "запрыгнул" слишком громко сказано.
Я опустил голову и протер глаза.
Когда пятна рассеялись, я посмотрел налево из окна кабины, в сторону своего ведущего.
Джон откинулся назад, руки по швам, голова на спинке кресла, его лицо было запрокинуто вверх.
Их командир пункта перевооружения терпеливо ждал больших пальцев, что бы подключиться.
Я посмотрел вверх и левее, на зеркало в углу рамы кабины. Билли слетел с катушек, как и Джон. Все, что я видел, это его подбородок.
Все закончилось.
Я опускал голову, пока налобная накладка шлема не опустилась на руки. А потом я закрыл глаза.
Я слышал щелчок кабеля связи, подключенного к законцовке крыла.
Наступила долгая тишина, прежде чем густой валлийский акцент не заполнил мои наушники.
- Вы в порядке, сэр?
Билли был мертв для всего мира, а я был слишком выжат, что бы даже поднять голову.
- Нет, дружище, - ответил я. - Я полностью и до предела затрахан.

Эпилог

После операции "Змеиный укус" я сделал только 3 вылета.
Талибы очень плохо восприняли смерть своего снайпера, и они не оставили её без последствий. Они обстреливали Муса Кала день за днем, из всего, что у них было, но без его выдающихся навыков снайпера, они не могли снова поразить наших ребят, и для нас каждая боевая задача стала стрельбой по индейкам.
Мы были в предсказуемо приподнятом настроении в своем последнем возвращении в Кэмп Бастион, зная, что мы лишь в одной ночи от того, что бы вернуться в Великобританию, что бы получить кое-какие заслуженные итоги. И это был мой последний тур; мои 22 года истекли. Я бы потерял товарищество эскадрильи и я бы потерял этот удивительный штурмовой вертолет "Апач", но травмы от той автомобильной аварии начали сказываться и я наконец, смогу дать своей семье время, которое они так заслужили.
Билли поспорил со мной, что большая белая птица свободы не появится и мы застрянем в Пустыне Смерти до конца времен. Я вбил координаты Эмили в компьютер; оказалось, что она в 3601 миле отсюда. Если бы Билли был прав, при темпе ходьбы 4 мили в час, нам бы понадобилось всего 900 часов, что бы добраться туда. Я ответил ему, что если мы будем идти по 10 часов в день, мы будем дома 7 ноября.
Мы оба рассмеялись. Это была дата, когда он должен был вернуться в Афганистан для следующего тура. Я сказал ему, что подниму за него пинту "Гинесса" в местном пабе - но, как оказалось, он посмеялся последним.
Бригадир Эд Батлер, командир 16-й десантно-штурмовой бригады, теперь приветствовал "Апач" как "необходимый при выполнении боевой задачи", и мы, конечно, чувствовали, что сделали свой вклад, что бы вывести его в центр внимания. Уайтхолл был в восторге. Программа визитов теперь была переполнена членами парламента, случайными высокопоставленными лицами и всеми, кого они провести из коридоров власти перед полностью оснащенным боевым ударным вертолетом "Апач".
Во время тура 664-й эскадрильи, сразу же после нашего, изувеченные останки зенитного орудия были обнаружены в переулке, позади здания, которое мы поразили "Хеллфайром" в Навзад. Я слышал слухи, что наводчик прошел подготовку в Иране и был вызван для борьбы с "москитами". Независимо от того, правда это или нет, мы прошли долгий путь с тех пор, как тренировались в стрельбе по дрону на равнине Солсберри.
Но когда мы готовились к посадке в Бриз Нортон и я смотрел на поразительно зеленую сельскую местность Оксфордшира, я не мог не задаться вопросом, чего мы действительно достигли. Мы были отправлены на задачу по восстановлению в кусок пустыни, не более чем 150 квадратных миль и один министр в правительстве думал, что мы можем вернуться не сделав ни единого выстрела. В итоге мы заняли площадь в 10 раз больше, оказались в постоянной осаде, не могли патрулировать в отдалении от своих баз, не подвергая наши войска значительному риску и выпустили больше боеприпасов, чем даже Тафф мог подумать.
Нам также сообщили, что наша боевая задача не имеет ничего общего с движением "Талибан" или торговлей наркотиками. Но в течении 3 пропитанных потом месяцев, которые мы провели с 3-м парашютно-десантным батальоном в Гильменде, мы были в боевых столкновениях с талибами каждый день и сражались за жизнь в деревнях, в которых выращивали огромное количество опиума-сырца, который в конечном счете стал героином на улицах Великобритании.
Когда я сидел у окна кафе-бара, средь бела дня во время моей первой поездки в Лондон после возвращения домой, меня спросили, не хочу ли я прикупить его себе немного.
Это было не единственное мое грубое пробуждение от грез.
В армии не хватало офицеров по вооружениям "Апача". Фактически, их не было вообще. Они хотели, что бы я вернулся для следующего тура. Думаю, это было не так уж удивительно. На каждого солдата или морского пехотинца, принятого в качестве кандидата для отбора в пилоты, 18 человек были выставлены за дверь. Свыше 2000 соискателей были отвергнуты, только для того, что бы один из нас прошел курс и участвовал в боях.
Нам повезло. Из 14 на моем курсе четверо стали пилотами - коэффициент выбытия три с половиной, вместо обычного пяти.
Когда мы готовились отправиться в Афганистан еще раз, Скотти, мой друг и инструктор, решил переехать к антиподам, вместе с семьей. Теперь он обучает штурмовой авиации австралийцев. После многих лет поношения его возмутительной коллекции часов, в момент безумия, я купил 2 из 25выпущенных ограниченных серией титановых "Брайтлингов", заказанных экипажами 656-й эскадрильи в память о первых пилотах-штурмовиках "Апачей" в Великобритании. У них был темно-синий циферблат с развевающимся "Юнион Джеком" на трех часах и "Апачем" АН1 в комплекте с нашим фирменным вооружением, на девяти.
После более чем двух десятилетий в британской армии, я точно не мог положить в шкаф с трофеями ракету "Хеллфайр", но по крайне мере, у меня была пара подходящих крепких часов, что бы передать моим маленьким сыновьям, если им когда-нибудь понадобиться напомнить, что их папа не всегда был старым скучным пердуном.

Послесловие

Июль 2009
Пока я сижу и пишу это, не выходя из дома, друзья продолжают информировать меня о том, что происходит в Афганистане. Энди Ваун шлет мне регулярно письма даже сейчас, через 3 года после этого эпического тура.
Он и его сослуживцы, пилоты "Апачей" расходуют больше боеприпасов и делают больше часов налета, чем когда-либо делали мы. Повторение туров становится все более частым и команды полностью вымотаны.
Майор морской пехоты США недавно сообщил мне, что в настоящее время они сталкиваются с особенно тяжелым сопротивлением в месте, под названием Югрум-форт. Он поблагодарил меня, за то, что я написал "Апач" и предупредил их.